Рак называют «гетерогенным заболеванием» – развившемся при своеобразном сочетании причин. По факту у каждого больного совершенно особенная злокачественная болезнь с непохожими причинами и клиническими проявлениями, с большими клеточными различиями и очень индивидуальной реакцией на лечение…
Первый случай рака лёгкого (РЛ) выявили у немецкого шахтёра в 1879 году, что сочли профессиональным заболеванием из-за контакта с радоном. В XIX веке карциному лёгкого выявляли крайне редко, до начала ХХ века в литературе упомянули меньше 400 случаев. С 1920-х заболеваемость раком стала расти, что в 1960-е связали с широким распространением курения. Исследования показали, что подавляющее большинство пациентов – долго и много курящие мужчины. В конце ХХ века стали выявлять карциному у никогда не куривших, как правило, у женщин и с иной гистологической структурой, нежели у курильщиков. Рост заболеваемости этим видом рака как будто повторяет историю карциномы курильщиков – от единиц до массовости, но процессы имеют существенные различия, что выявил обзор 92 публикаций, посвящённых раку лёгких у некурящих.
Сегодня РЛ у некурящих составляет 15-20% всех лёгочных карцином, в 60-80% это аденокарцинома, средний возраст выявления 67 лет против 70 у курильщиков. Доля РЛ некурящих растёт практически везде: в США с 1990-х увеличилась с 8% почти до 15%; в Финляндии с 1972 года заболеваемость выросла вдвое – с 6,9 до 12,9 на 100 тыс. жителей. Не курившие азиатки болеют чаще европейских жительниц, 17,5 против 10,1 на 100 тыс. не куривших женщин.
Этиология у двух видов карциномы схожа: радон и асбест; облучение грудной клетки и загрязнение воздуха; только у курильщиков главенствует активное курение, у никогда не куривших – пассивное курение.
Имеет место негативное влияние наследственности – при карциноме у родственника первой линии риск увеличивается на 51%, а «полногеномный поиск ассоциаций выявил локусы предрасположенности» к карциноме некурящих.
В клетках аденокарциномы некурящих чаще отмечается транслокация гена ALK – в 12% против 2% у курильщиков, а мутации EGFR отмечаются в разы чаще – у 43% против 11% у курильщиков, но общее число мутаций в клетках на порядок меньше, чем при раке курящих.
Клиническая картина у никогда не курившего не отличается от симптомов у курильщика, и также основное лечения – хирургический этап. Стандартная для немелкоклеточной карциномы иммунотерапия, как отмечают авторы литературного обзора, «продемонстрировала ограниченную эффективность» при верификации EGFR или ALK зависимых новообразований у некурящих. Зато при означенных мутациях адъювантная таргетная терапия осимертинибом повышает пятилетнюю выживаемость с 73% до 85%, при нерезектабельном процессе медиана выживаемости без прогрессирования впятеро выше – 39,1 мес. против 5,6 мес. На фоне профилактики алектинибом двухлетняя безрецидивная выживаемость вырастает на треть – с 63% до почти 94%.
В выводах авторы делают акцент на высокой частоте мутаций EGFR и транслокации гена ALK, за счёт чего «у таких пациентов выживаемость при лечении ингибиторами тирозинкиназы выше, чем при химиотерапии». При схожести злокачественных процессов различия в этиологии – основной причине развития и существенном отличии реакции на противораковые лекарства карцинома у никогда не курившего не похожа на рак курильщика.
Первоисточник: https://oncology.ru/specialist/library/reviews/2025/11/24/
Делитесь своими мыслями в комментариях к посту!