Последний цветок лета

В конце августа, когда дача уже начинала готовиться к осени, в садовом товариществе «Бригантина» появилась новая пара. Все заметили их сразу — невысокого седого мужчину с тростью и стройную женщину в цветастом платье, которая заботливо поддерживала его под руку.

Григорий Петрович недавно перенёс операцию на колено и теперь с трудом ходил. Его жена ушла пять лет назад, не выдержав его постоянных болей и недомоганий. А тут вдруг встретил на рынке Марию — она продавала домашние соленья. Что-то в её глазах, в её улыбке тронуло его сердце.

Мария была вдовой уже десять лет. Двое детей давно выросли, разъехались по разным городам. Она осталась одна в просторном дачном доме, где раньше так любила собирать всю семью за большим столом.

Поначалу они просто болтали на скамейке у её дома. Григорий рассказывал о своей работе в институте, а Мария — о том, как выращивает особенные сорта помидоров. Постепенно их встречи стали длиннее, а разговоры — откровеннее.

Однажды тёплым сентябрьским вечером они сидели на веранде. Мария готовила чай из собственных трав, а Григорий любовался её ловкими руками.

— Знаешь, — сказал он вдруг, — а ведь я никогда не умел так красиво заваривать чай. Моя жена всегда покупала пакетики.

Мария улыбнулась:

— А мой Валентин любил только кофе. Говорил, что чай — это для бабушек.

Они помолчали. Григорий вспомнил годы прожитые с женой, "пуд соли" вместе съели и тут на перчинке остановились. Мария вспомнила Валентина, какой он добрый и заботливый был. А теперь одна тоска.

— Может, нам стоит попробовать? — тихо спросил Григорий. — Вместе жить, я имею в виду.

Марья подняла глаза и увидела в них то, чего не замечала раньше — теплоту и нежность.

— А давай, — просто ответила она. — У меня как раз две комнаты пустые.

Теперь их дача стала самым уютным местом в садовом товариществе. Марья выращивала удивительные цветы, а Григорий помогал ей в саду, когда позволяло здоровье. По выходным они устраивали чаепития для соседей, и все отмечали, как светятся их глаза.

А поздней осенью, когда все цветы уже увяли, на подоконнике у Марьи расцвёла последния герань — такая же яркая и живая, как их новая любовь.