– Может, это вообще не мой ребенок, – заявил Виктор. – Кто знает, чем ты занята, пока меня дома нет.
– Вить, ты головой не ударялся? – изумилась она. – Это же такая радость!
– Нам на пенсию скоро, какие дети?! – заорал он. – Учти, я на это позднее счастье не подписывался!
***
Алла увидела две полоски и заплакала. Стояла в ванной их квартиры, держала в руках третий тест подряд, все положительные, и не верила. Пятьдесят два года ей, господи! Двадцать лет попыток, выкидыши, процедуры, слезы по ночам, и вот теперь, когда уже и не надеялась…
За дверью на кухне гремел посудой Виктор. Читал что-то в телефоне. В последние месяцы он стал каким-то другим. Раздражительным, что ли. Задерживался на заводе, а когда приходил, то все больше молчал.
И про ту свою коллегу Лидию рассказывал часто. Молодая, говорит, энергичная, современная. Сорок, что ли, ей всего.
Алла спрятала тесты в карман халата, умылась прохладной водой. В зеркале отражалось ее лицо. Оно было уже немолодое, честно говоря. У глаз появились морщинки, у рта образовались складки. Но глаза сияли так, как в юности, когда она приехала покорять Москву и устроилась медсестрой в ведомственную больницу.
– Ты там долго еще? – крикнул из кухни Виктор.
– Иду уже, – откликнулась она и вышла.
Виктор сидел за столом, уткнувшись в телефон. Поседел за последний год и новый одеколон купил, терпкий такой, дорогой. Раньше говорил, что инженеру парфюм не нужен. А теперь вот купил.
Она поставила чайник, достала его любимое печенье. В голове была одна мысль: как сказать? Как?
– Лида говорит, на заводе премии будут, – не поднимая глаз, сообщил Виктор. – К празднику. Она в бухгалтерии узнавала.
Лида. Опять речь идет о ней. Раньше говорил «Лидия Сергеевна», а теперь называет просто Лида.
– Хорошо, – машинально ответила Алла. – Премии – это прекрасно.
Села напротив, смотрела на его опущенную голову. Вчера впервые за много лет он не поцеловал ее перед сном. Отвернулся к стене и захрапел. А она лежала, слушала и думала, что происходит? Что с ними стало?
Чайник засвистел. Алла вскочила, выключила газ, заварила чай, Виктор даже не поднял головы.
– Вить, – начала она и осеклась. – Я что-то неважно себя чувствую.
– М-м-м? – он наконец оторвался от телефона. – Заболела?
– Нет. То есть да. В смысле, наоборот.
Он нахмурился, посмотрел на нее внимательнее.
– Ты что-то мямлишь. Говори толком.
Алла глубоко вздохнула. Сейчас она скажет, и все изменится. Их жизнь станет другой, наполненной. Столько лет ждали, столько слез пролито. И вот оно, счастье.
– Я беременна, Вить. У нас будет ребенок.
Виктор смотрел на нее, и лицо его медленно менялось. Но не так, как она ожидала. Не радость появилась в его глазах. Что-то другое. Похожее на ужас.
– Что? – хрипло спросил он. – Повтори.
– Беременна я. Три теста сделала, все положительные. Завтра к врачу пойду, но я и так чувствую. Грудь болит, тошнит по утрам.
Виктор резко встал, стул с грохотом упал.
– Ты что? В твоем возрасте?
Как будто ее ударили. Алла попятилась.
– Но мы же хотели. Столько лет.
– Хотели? – он почти кричал. – Сто лет назад хотели! А сейчас? Сейчас это позор! Что люди скажут? Старородящая, полвека справила, а все туда же! Да над нами весь район смеяться будет!
– Виктор, это же ребенок. Наш долгожданный.
– Какой? – он скривился. – Да я через несколько лет на пенсию выйду! Какой отец? На родительское собрание с палочкой приходить? Меня за деда принимать будут!
Алла молчала. Не могла поверить, что это говорит ее Витя, который после каждого выкидыша плакал вместе с ней.
– Завтра же пойдешь к врачу, – жестко сказал он. – И сделаешь… сама знаешь что. Слышишь? Завтра же!
– Нет, – тихо сказала Алла. – Не сделаю.
– Что значит нет? – Виктор подошел вплотную, навис над ней. – Ты соображаешь вообще? Откуда я знаю, что это мой ребенок?
Алла пошатнулась, ухватилась за стол.
– Как ты можешь такое говорить? Мы столько лет вместе.
– Вместе! – фыркнул он. – Кто знает, что происходит, когда меня нет? Может, у тебя любовник завелся? Молодой какой-нибудь. Захотелось острых ощущений на старости лет?
Алла не выдержала, заплакала. Слезы текли по щекам, капали на халат.
– Плачь, плачь, – раздраженно бросил Виктор. – Слезами делу не поможешь. Или ты избавляешься от этого, или я ухожу. Выбирай.
Он пошел в спальню. Алла слышала, как хлопают дверцы шкафа, как он что-то бросает в сумку. Неужели правда уйдет? Вот так просто?
Вышел через десять минут. Одетый, с сумкой в руке.
– Подумай до утра. Если согласишься – позвони. Нет – считай, что мы чужие люди.
– Куда ты? – Алла бросилась к нему, попыталась удержать.
– Не твое дело. Есть где остановиться.
Дверь хлопнула. Как же так? Еще час назад она была счастливой женщиной, у которой наконец сбылась мечта. А теперь?
Пришло сообщение от Виктора: «У меня есть где жить. Жду ответа до утра».
Есть где жить. Интересно, куда направился? У Лиды, он, конечно. У молодой и современной.
Алла поднялась, прошла на кухню. На столе валялось печенье. Она машинально убрала со стола, вымыла чашки. Руки двигались сами собой, а в голове крутилась одна мысль – что делать? Как жить дальше?
Ночь прошла без сна. Алла лежала в их супружеской постели, смотрела в потолок. В животе, там, где зародилась новая жизнь, было тепло. Она положила руку, погладила.
– Не бойся, маленький. Я тебя не брошу. Что бы ни случилось.
Утром позвонила на работу, отпросилась. Начальница, услышав ее сиплый от слез голос, отпустила без вопросов.
В десять звякнул домофон. Алла вздрогнула, неужели Виктор вернулся? Может, ключи забыл. Бросилась открывать, но на пороге стоял не Виктор. Молодой парень, лет двадцати, смуглый, с темными глазами.
– Алла Петровна? – спросил он. – Можно поговорить? Это очень важно.
– Вы кто?
– Олег. Я сын Лидии Сергеевны. Той самой, к которой ушел ваш муж.
Алла попятилась. Сын любовницы? Зачем он здесь?
– Можно войти? – парень выглядел смущенным. – Мне правда нужно вам кое-что рассказать. Это важно.
Странное дело, но Алла впустила его. Может, от безысходности. Или от того, что в его глазах читалось сочувствие.
– Чай будете? – машинально спросила она.
– Спасибо, кофе, если можно.
– Я знаю про вашу беременность, – вдруг сказал Олег. – Мама с Виктором Андреевичем вчера обсуждали. Точнее, она требовала, чтобы он заставил вас ну… избавиться от ребенка. Я подслушал. Нечаянно. Пришел домой раньше, они не заметили. А потом мама сказала такое, от чего я просто в шоке.
Он замолчал. Алла налила кофе, села напротив.
– Что сказала?
Олег глубоко вздохнул.
– Она сказала: «Наконец-то, мы будем вместе по-настоящему. Как должно было быть много лет назад».
– Не понимаю.
– И я не понял. А потом она достала ДНК-тест. Виктор Андреевич – мой биологический отец.
Кружка выпала из рук Аллы, разбилась. Горячий чай залил стол, потек на пол. Но она не двигалась. Смотрела на парня и не могла поверить.
– Что?
– Двадцать лет назад у них был роман. Мама забеременела. Виктор остался с вами, но деньги присылал. На мое содержание. А мама мне всю жизнь врала, что отец погиб.
Вот почему Виктор так отреагировал на ее беременность. У него уже есть сын. Взрослый, которого он скрывал все эти годы. 2 ЧАСТЬ РАССКАЗА 🔔