— Вер, не уходи, давай всё обсудим! — Игорь вскочил, преградил ей дорогу.
— Что обсуждать? — Она смотрела поверх его плеча. — Как ты будешь объяснять дочери, почему папа больше не живёт с нами? Или как делить имущество? Не волнуйся, я не стерва, заберу только своё. И Ксюшу.
— Ты не можешь забрать Ксюшу.
— Могу и заберу. Или ты будешь воспитывать её между свиданиями с очередной Ритой?
Игорь сдулся.
— Я буду хорошим отцом. Буду навещать, заберу на выходные.
— Это мы ещё посмотрим. А пока собирай вещи, как велела твоя пассия.
И ключи от дачи Светланы Аркадьевны оставь. Нехорошо обманывать доверие пожилых людей.
Вероника вышла из дома, оставив Игоря стоять посреди кухни — в окружении разбросанных апельсинов и разлитого вина. На улице её ждала Рита. Девушка сидела на крыльце, размазывая по щекам тушь.
— Я такая дура, — всхлипнула она.
— Не вы одна, — Вероника присела рядом.
— Но вы хотя бы... У вас семья, ребёнок... А я что?
Вероника пожала плечами.
— Полгода встречалась с женатым мужиком, строила планы. Он говорил, что мы поженимся, детей заведём.
— Детей он уже завёл. Одного ребёнка, пять лет. — Вероника достала телефон, показала фотографию Ксюши.
Рита посмотрела, всхлипнула ещё громче.
— Красивая девочка. На папу похожа.
— К сожалению, да. Надеюсь, только внешне.
Они сидели молча — две обманутые женщины на крыльце чужого дома. Потом Рита спросила:
— А что вы теперь делать будете?
— Разводиться. А вы?
— Не знаю. Наверное, уеду к родителям в Тверь. В Москве мне теперь делать нечего.
— Почему? Из-за него? Не стоит он того.
— А из-за кого стоит? — Рита посмотрела на неё покрасневшими глазами.
— Из-за себя стоит. Знаете, я сейчас поняла одну вещь: все эти годы я жила для других — для мужа, для ребёнка, для семьи. Забыла про себя, про свои желания, мечты. И в итоге что? Муж нашёл ту, которая живёт для себя. Может, это знак. Пора и мне вспомнить, кто я такая.
Рита кивнула.
— Красиво говорите. Вы, наверное, учительница?
— В каком-то смысле, да. У меня онлайн-школа английского.
— Круто. Я всегда мечтала выучить английский, да всё никак...
Вероника улыбнулась — впервые за этот вечер искренне.
— Если надумаете, пишите. Первый урок бесплатно, как компенсация за моего бывшего мужа.
Рита хихикнула сквозь слёзы.
— А что, неплохая компенсация. Ладно, пойду вещи собирать. Не хочу его больше видеть.
— И правильно. Удачи вам, Рита.
— И вам, Вера.
Вероника медленно шла к маминой даче. В голове была странная пустота — не больно, не обидно, просто пусто. Как будто выдернули больной зуб, который долго ныл, и теперь на его месте — дырка. Неприятно, непривычно, но уже не болит.
У калитки её ждала Елена Павловна.
— Ну что?
— Всё.
— В смысле?
— В смысле — всё, мам. Брак, семья, иллюзии — всё накрылось медным тазом.
— Ясно. Идём, чай остывает.
На кухне их ждал не только чай, но и графинчик домашней вишнёвой наливки — ещё одно мамино средство от душевных ран.
— Рассказывай, — Елена Павловна разлила наливку по рюмкам.
Вероника выпила залпом, поморщилась от крепости — и рассказала. Про Риту, про полгода романа, про хобби и праздник жизни. Мама слушала, кивала, иногда цокала языком.
— И знаешь, что самое обидное? — Вероника налила себе вторую рюмку. — Я ведь чувствовала, что что-то не так. Но отмахивалась: мало ли, устает человек, кризис среднего возраста... А надо было прислушаться к интуиции.
— Не кори себя, — Елена Павловна накрыла её руку своей. Ты хотела сохранить семью — это нормально. Но семью можно сохранить только тогда, когда оба этого хотят. А он, судя по всему, хотел совсем другого.
— Праздника, — горько усмехнулась Вероника. — Вот пусть празднует... На улице.
— А ты что думаешь делать?
— Пока не знаю. Завтра поеду домой, соберу его вещи. В понедельник — к адвокату. А дальше... посмотрим.
— А Ксюша?
— Скажу, что папа уехал в долгую командировку. Потом придумаю что-нибудь. Не знаю, мам... Как объяснить пятилетнему ребёнку, что папа больше не любит маму?
— Не надо так говорить. Скажешь, что взрослые иногда не могут жить вместе, но папа её всегда будет любить. Дети многое понимают, не надо врать.
Вероника кивнула, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. Всё-таки дошло. Восемь лет — коту под хвост. Первое свидание в парке Горького, свадьба в загородном клубе, рождение Ксюши, переезд в новую квартиру... всё это было. И всё это кончилось.
— Поплачь, — мама обняла её. — Легче станет.
И Вероника заплакала. Не громко, не истерично — просто слёзы текли и текли, смывая боль, обиду, разочарование. Елена Павловна гладила дочь по голове, как в детстве, и молчала.
Иногда слова не нужны.
Ночью Вероника снова не спала. Но теперь — не от боли, а от странного ощущения свободы. Как будто наконец сняла тесные туфли, в которых долго ходила, и теперь ноги отдыхают. Она думала о будущем.
Надо будет найти новую квартиру, в их двушке оставаться не хотелось. Благо, онлайн-школа приносит достаточно. Можно переехать поближе к маме, снять домик с участком. Ксюше полезно на природе расти.
А кофейня? Пусть Игорь сам решает, что с ней делать. Её это больше не касается.
Утром за завтраком Ксюша снова спросила про папу:
— Папа работает, солнышко. У него важный проект.
— А когда он приедет?
— Не знаю. Может, не скоро.
Ксюша нахмурилась:
— Он обещал купить мне ролики...
— Купим с бабушкой, — вмешалась Елена Павловна.
— Правда?
Девочка просияла.
— Конечно. Поедем в город и выберем самые красивые.
Вероника благодарно посмотрела на маму. Хорошо, когда есть поддержка.
После завтрака она снова пошла к даче Светланы Аркадьевны — проверить, уехал ли Игорь. Дом стоял с закрытыми ставнями, машины не было. На крыльце лежал конверт с её именем.
Вероника вскрыла его. Внутри — ключи от их квартиры и записка корявым почерком Игоря:
«Прости. Я перееду к Диме на пару дней, потом сниму квартиру. Вещи заберу в понедельник днём, когда вы будете на работе и в садике.
Ещё раз — прости».
Вот и всё. Восемь лет — и записка из пяти предложений.
Вероника скомкала бумажку, бросила её в урну у калитки, ключи сунула в карман. Интересно, он сам додумался уйти — или Рита выставила? Впрочем, какая разница.
Обратно к маме Вероника шла другой дорогой — через берёзовую рощу. Утреннее солнце пробивалось сквозь листву, птицы пели, пахло грибами и мокрой землёй. Красота. И она может наслаждаться этой красотой, не думая о том, что дома ждёт недовольный муж.
Может гулять, сколько захочет, заниматься чем угодно, жить как хочется. Пугающая и одновременно пьянящая мысль.
На даче её встретила взволнованная мама.
— Звонила Ирка, твоя подруга. Говорит, Игорь ей названивает, просит твой номер дать. Я сказала, что ты телефон дома забыла.
— Спасибо, мам. Пусть названивает.
Вероника достала телефон — 20 пропущенных от мужа, десяток сообщений. Она не стала читать, просто отключила телефон. Поговорят, когда она будет готова. А сейчас — не готова.
День пролетел незаметно: помогали маме на огороде, копали картошку, собирали смородину, пололи грядки. Ксюша бегала с лейкой, поливала всё подряд и была совершенно счастлива.
— Мам, а давай всегда тут жить, — предложила Ксюша за обедом.
— Тут хорошо, правда, но нам надо домой, у тебя же садик.
— Не хочу в садик. Хочу тут, с бабушкой и кроликами.
Елена Павловна подмигнула:
— Приезжай на выходные, кролики по тебе скучать будут.
Вечером, когда Ксюша уснула, Вероника включила телефон. Сообщение от Игоря она удалила, даже не читая, а вот от Иры, лучшей подруги, открыла:
"Вер, что случилось? Игорь звонил, чуть не плакал. Говорит, вы поссорились. Ты где? Позвони."
Вероника набрала номер.
— Вера! Слава богу! Я уж думала, с тобой что-то случилось.
— Со мной всё в порядке, Ир, — произнесла Вероника. — А вот с моим браком не очень…
— В смысле?
— В смысле Игорь завёл любовницу. Полгода морочил мне голову.
На том конце воцарилась тишина, потом подруга тяжело выдохнула:
— Вот сволочь… Я так и знала. У него в последнее время рожа была слишком довольная.
— Ты знала? — Вероника невольно вздрогнула.
— Нет, что ты! Просто женская интуиция. Он стал какой-то другой: веселый такой, помолодевший. Новый одеколон купил, в спортзал записался. Я ещё думала — кризис среднего возраста...
— Ага, кризис, — горько усмехнулась Вероника. — С рыжей девицей лет двадцати пяти.
- Козёл, — коротко выругалась Ира. — Что теперь делать будешь?
— Разводиться. Ир, ты не знаешь хорошего адвоката?
— Знаю. Мой двоюродный брат — спец по разводам. Телефон скину. А ты где сейчас?
— У мамы на даче. Завтра вернусь.
— Может, к нам приедете? У нас места полно.
— Спасибо, но лучше домой. Надо вещи разобрать, с документами разобраться...
— Если что — звони в любое время. И держись там, — ласково сказала Ира.
— Держусь, — улыбнулась Вероника.
Как хорошо, когда есть настоящие друзья…
Воскресенье пролетело незаметно. С утра съездили в соседний городок за роликами для Ксюши, потом учились кататься на площадке возле Дома культуры. Ксюша падала, смеялась, снова вставала. Вероника придерживала её за руку и думала: вот так и в жизни — упал, встань и иди дальше. Главное — не бояться.
— Мам, мы ещё приедем к бабушке? — спросила Ксюша в электричке по дороге домой.
— Конечно, приедем. Может, даже надолго.
— Ура! А папа с нами?
Вероника помолчала, подбирая слова:
— Папа теперь будет жить отдельно, солнышко. Но он тебя очень любит и будет приходить в гости.
— Как Тёмин папа? — Ксюша вспомнила своего друга из садика, родители которого развелись год назад.
— Да, примерно так. Тёма говорит, что теперь даже лучше: папа всегда покупает ему игрушки и водит в зоопарк.
Вероника невольно улыбнулась: детская логика.
Дома было тихо и пусто. Игорь действительно уехал — забрал ноутбук, кое-что из одежды, бритвенные принадлежности. На кухонном столе лежала ещё одна записка:
"Вер, давай поговорим. Я готов всё объяснить. Позвони."
Вероника скомкала бумажку и выбросила в мусор. Объяснять он теперь будет адвокату.
Ночью не спала — в их бывшей супружеской спальне все напоминало о прошлом: вот кресло, на котором Игорь любил читать по вечерам, вот полка с его кубками за корпоративные победы, вот картина, которую они вместе выбирали в «Икеа»...
Вероника встала, прошла на кухню и заварила себе чай. Поймала себя на мысли: всё придется поменять. Может, сделать ремонт... Или и вовсе продать квартиру и уехать. Начать жизнь с чистого листа.
Вдруг телефон завибрировал — сообщение с незнакомого номера:
"Вера, это Рита. Простите, что пишу так поздно. Я уехала к родителям, как и собиралась. Хотела сказать спасибо — вы открыли мне глаза. И ещё — Игорь писал мне, просил вернуться. Я не ответила. Просто чтобы вы знали. Удачи вам!"
Вероника перечитала сообщение дважды. Значит, Игорь пытался вернуть Риту — не вышло. Теперь, наверное, хочет вернуться в семью. Классика: нагулялся — и домой. Только вот дома его больше не ждут.
продолжение 👇