Слушайте, я думал, что за годы в юридических окопах меня уже ничем не прошибешь. Видел всё: наглых мошенников, плачущих крокодильими слезами, хитрых рейдеров, семейные драмы шекспировского масштаба. Но иногда попадаются такие судебные акты, после которых хочется просто молча встать и поаплодировать. Не от восторга, нет. От запредельного, космического уровня человеческой наглости, которая пытается натянуть сову на глобус, а здравый смысл — на кулак.
Сегодня у нас как раз такой случай. История, от которой сперва впадаешь в ступор, потом — в праведный гнев, а под конец просто устало качаешь головой и думаешь: «Господи, дай сил... и хорошего прокурора».
Итак, знакомьтесь с нашим главным героем. Назовем его Р., хотя больше ему подходят прозвища «Отелло пермского разлива» или «Гений самооправдания». Судя по его речам в суде, это не человек, а ходячая добродетель. Положительный, открытый, трудолюбивый с 16 лет, занимается самообразованием и — вишенка на торте! — пишет книги. Не шучу, так и заявил. Рядом с ним его, как он считал, непутевая дама сердца В., и их общий малолетний ребенок, за светлое будущее которого наш герой, по его же словам, готов был положить на алтарь всё. Включая, как выяснилось, здоровье окружающих.
А теперь, дорогие мои, пристегнитесь. Мы отправляемся в увлекательное путешествие по миру, где домашнее насилие — это «воспитательный процесс», а попытка сделать из человека инвалида — «защита семейных ценностей».
Акт первый: «Я тебя породил, я тебя и… воспитаю!»
Все началось, как это часто бывает, за закрытыми дверями. Почти полтора года, с января 2023-го по лето 2024-го, наш «книголюб» Р. вел с супругой В. «воспитательную работу». Понимаете, в чем фокус? С его точки зрения, он не тиранил жену. Он, видите ли, боролся с ее «аморальным поведением» и злоупотреблением алкоголем, чтобы обеспечить сыну «нормальную мать».
А теперь по-русски, как это выглядело на самом деле и что установил суд.
«Воспитание» включало в себя «систематическое нанесение побоев и иные насильственные действия». Что это за «иные действия», спросите вы? А вот тут начинается дичь, от которой волосы дыбом встают даже у меня, ветерана юридических войн. Помимо банальных ударов руками по голове и телу, наш «позитивный человек» таскал женщину за волосы по земле. Но и это не все. В порыве педагогического экстаза он поливал ее холодной водой и, простите за подробности, мочился на нее, снимая процесс на видео.
Вы только вдумайтесь в эту картину. Человек, который в суде будет рассказывать о своей духовности и книгах, творит такое, что не в каждом триллере показывают. И все это под соусом «я-же-отец, я-за-ребенка-переживаю». Это какой-то запредельный уровень лицемерия!
Суд квалифицировал эти «педагогические приемы» как истязание (ч. 1 ст. 117 УК РФ). И это абсолютно верно. Истязание — это не просто синяк в пылу ссоры. Это система. Это методичное, осознанное причинение человеку физических и, что не менее важно, психических страданий. Когда тебя не просто бьют, а унижают, ломают твою волю, показывают, что ты — вещь. И наш герой в этом, очевидно, преуспел.
Но и это еще не конец праздника! Наш «писатель» щедро приправлял побои угрозами убийством (ч. 1 ст. 119 УК РФ). Причем дважды. Один раз просто обещал убить, а в другой — проапгрейдил угрозу, пообещав еще и выколоть глаза. Сам он потом в суде лепетал, что это все было «в эмоциональном состоянии», никакой реальной угрозы, мол, не было.
Серьезно? Давайте снова «по-русски». Когда тебя регулярно избивает физически более сильный человек, который таскает тебя по полу и мочится на тебя, а потом говорит «я тебя убью» — как ты это воспринимаешь? Как неудачную шутку? Нет. Ты понимаешь, что этот человек способен на все. И суд это прекрасно понял, признав, что у потерпевшей В. «имелись реальные основания опасаться осуществления этих угроз». Ну еще бы!
Акт второй: Ревность, кулаки и сломанные ребра
Казалось бы, куда уж дальше? А вот куда. В какой-то момент в этой печальной истории появляется третий лишний — некий гражданин Т., новый кавалер нашей многострадальной В.
Реакция «Отелло» была предсказуемой. Нет, он не стал писать об этом новую, полную трагизма главу своей книги. Он пошел решать вопрос по-мужски, как он это понимал. Осенью 2024 года он нашел Т. и устроил «разговор».
В суде наш герой опять включил режим «я не виноват, оно само». Мол, произошел обоюдный конфликт, Т. его первый по руке ударил, а он так, чисто для самообороны, немного ответил. Ну, как немного...
Суд посмотрел на это «немного» и волосы зашевелились уже у него. Во-первых, нашлась видеозапись конфликта. И на ней, какая неожиданность, прекрасно видно, как наш «обороняющийся» Р. активно наступает и наносит удары, а его оппонент Т. пытается отступить. Классическая «самооборона» в стиле «стой, а то я тебя догоню и еще раз защищусь».
А во-вторых, результаты этой «обороны». Давайте по пунктам, что насчитала судмедэкспертиза у потерпевшего Т.:
- Переломы 2, 5, 6 и 7 ребер слева.
- Разрыв левого легкого.
- Гемопневмоторакс (это когда в грудной клетке скапливается и кровь, и воздух, легкое сжимается и перестает дышать).
- Ну и по мелочи: ушибленная рана, ссадины и ушибы на голове.
Эксперты четко сказали: такие повреждения от падения получить невозможно. Это результат неоднократных, сильных ударов твердым тупым предметом. Например, кулаком и ногой. Что, собственно, и подтвердила видеозапись.
Это, ребята, тяжкий вред здоровью, опасный для жизни (ч. 1 ст. 111 УК РФ). И тут уже никакими рассказами про «я не хотел» и «помощь ему потом оказал» не отделаешься. Когда ты целенаправленно бьешь человека кулаками в область грудной клетки, а потом добавляешь ногой, ты прекрасно понимаешь, к чему это может привести. Умысел налицо. Ты желал причинить боль, и тебе было плевать на последствия.
Акт третий, комедийный: «Мы помирились, отпустите его!»
И вот тут наш герой разыгрывает, как ему кажется, козырную карту. Он... мирится с потерпевшими! И В., и Т. в какой-то момент приходят к следователю, а потом и в суд, и говорят: «Мы его простили, вред он загладил, претензий не имеем, отпустите бедолагу, не ломайте парню жизнь!»
Казалось бы, вот он, хэппи-энд. Жертвы простили, агрессор раскаялся (на словах). Можно прекращать дело за примирением сторон. Так ведь?
А вот и нет!
И вот это, дорогие мои, самый важный юридический урок этой истории. Запомните раз и навсегда: прекращение уголовного дела в связи с примирением сторон — это ПРАВО суда, а не его ОБЯЗАННОСТЬ.
Суд — это не касса в супермаркете, где можно отменить покупку. Суд смотрит на всю картину целиком. И что он видит? Он видит не просто бытовую ссору, а многомесячные садистские истязания одной жертвы и целенаправленное причинение тяжкого вреда здоровью другой. Следователь еще на стадии дознания установил, что потерпевшая В. писала свои ходатайства о примирении под давлением нашего «героя». Классика жанра! Абьюзер сначала ломает жертву физически, а потом — морально, заставляя ее же его и выгораживать.
Суд прекрасно понял эту схему. И он отказал в прекращении дела. Потому что такие преступления, как истязание и умышленный тяжкий вред, посягают не только на конкретного Васю или Машу. Они посягают на общественную безопасность. Государство, видя такое, говорит: «Нет, дружок. То, что тебя простила запуганная тобой женщина, не значит, что тебя простило общество. Ты опасен. И твое место — не книги писать, а подумать о своем поведении в местах не столь отдаленных».
Кульминация и вердикт: Справедливость все-таки есть
В своей апелляционной жалобе наш герой-книголюб разразился тирадой на много страниц. Там было все: и ссылки на Конституцию, и на Конвенцию по правам человека. Он жаловался на плохих полицейских, на некомпетентного адвоката, на несправедливую экспертизу (которая не нашла у него аффекта, вот ведь незадача!). Он снова рассказывал, какой он хороший отец, как сын без него страдает, как у мамы здоровье ухудшилось. Просил признать его поведение «защитой от аморальных действий потерпевших». Умолял не лишать его свободы.
Но апелляционный суд, как и первая инстанция, оказался на удивление вменяемым. Он методично, пункт за пунктом, разбил все эти жалкие попытки выставить себя жертвой.
- Самооборона? Вот вам видео, где вы — агрессор.
- Аморальное поведение потерпевшей? Оно не дает вам права мочиться на нее и ломать ей ребра. Это называется не «повод», а «дикость».
- Не хотел тяжкого вреда? Разрыв легкого говорит об обратном.
- Примирились? Рады за вас, но общественная опасность ваших деяний от этого никуда не делась.
Итог? Приговор оставили почти без изменений. 1 год и 10 месяцев лишения свободы в исправительной колонии общего режима.
И вот тут, дорогие мои, я хочу сказать суду: «Браво!» В кои-то веки система сработала. Судьи не повелись на крокодиловы слезы и манипуляции. Они увидели суть: за маской «добропорядочного семьянина» и «творческой личности» скрывался жестокий и опасный тиран.
Финал: Главный урок и как не вляпаться
В чем мораль этой огненной истории? Она проста и страшна. Про то, как легко домашний тиран может создать себе образ жертвы и борца за справедливость. Он будет прикрываться детьми, высокими целями, своей «положительной» характеристикой. Он будет давить на жалость, на чувство вины, на всепрощение. А за спиной держать кулак.
Эта история — ода здравому смыслу правосудия, которое смогло отделить зерна от плевел, а реальные преступления — от инфантильных оправданий.
А теперь — краткая инструкция по юридической самообороне, чтобы не оказаться на месте потерпевшей В.:
- Фиксируйте ВСЁ. Каждый синяк, каждая ссадина, каждая угроза в СМС или мессенджере. Сразу после побоев — не к подружке плакаться (вернее, не только к ней), а в травмпункт. Получайте справку. Пишите заявление в полицию. Пусть оно будет. Даже если вы его потом заберете под давлением или из-за ложной надежды, сам факт обращения будет зафиксирован. Это кирпичики в стене доказательств.
- Не верьте в «он изменится» после первого же «прости». Систематическое насилие — это не ошибка, это система поведения. «Примирение» для абьюзера — это часто не раскаяние, а тактическая передышка, способ уйти от ответственности и вернуть контроль.
- Помните: «простить» не значит «закрыть дело». Если речь идет о тяжких преступлениях (побои, истязания, вред здоровью), ваше прощение — это лишь смягчающее обстоятельство. Решение о прекращении дела принимает государство в лице суда, и оно обязано защищать не только вас, но и общество от опасных элементов. Не бойтесь идти до конца.
В нашей стране правоту нужно доказывать не только слезами, но и зубами. И очень хорошо, когда у правосудия эти зубы оказываются на месте.
Берегите себя, и не давайте никому превращать вашу жизнь в главу из своего страшного романа.
📜 Источник: Апелляционное определение Пермского краевого суда от 19.06.2025 по делу N 22-2568/2025.
👍 Понравилась статья? Поставьте лайк, это лучшая благодарность!
💬 Есть что сказать? Пишите свои мысли в комментариях, обсудим!
➕ Хотите больше таких разборов? Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить новые огненные истории!
💸 Поддержать автора рублем и помочь выходу новых статей можно здесь.
⚖️ Нужна юридическая консультация по вашему делу? Пишите мне в личные сообщения.