Биография у него проста. Родился в Хельсинки. В тот год, когда кровавая собака Маннергейм потопил в море крови рабочую власть. Курки остался сиротой. С трех лет воспитывался у чужих людей в семье рабочего. Сам начал работать с тринадцати лет.
Строитель. В октябре 1939 года был призван в белофинскую армию.
Пленный Курки, смущаясь, берет предложенную ему «красным офицером», папиросу и рассказывает:
- Никакого желания воевать не было ни у меня, ни у моих товарищей. В армии, по заявлению пленного, резервисты очень часто говорили: «Нужно скорее кончать войну». В последнее время некоторые из солдат выражали вслух желание перейти на сторону Красной Армии.
Например, во взводе Курки он знает четырех солдат, которые твердо обещали при первой возможности сдаться в плен. Да и сам пленный разобрался в истинных намерениях Маннергейма - Таннера. На вопрос, что может дать война финскому народу, он ответил так:
- Господа разбогатеют, а у бедных сгорят последние вещи.
Письма от близких, из глубокого тыла не радуют солдат белофинской армии. В письмах, которые получил Курки, были жалобы на большие продовольственные затруднения. Ничего ободряющего солдат в письмах не было. «После них становилось еще тяжелей», - говорит пленный.
В белофинском тылу нарастает недовольство войной. Один из товарищей пленного К. Х-нена, приехавший из города Лаперанда рассказывал ему: «Я видел в госпитале раненых солдат. Они мне говорили, что им тяжело стрелять в рабочих. Если бы не страх перед офицерами, они сразу бы бросили винтовку».
Пленные солдаты жалуются на свое тяжелое положение. «С прибытием на фронт части 10 пехотного полка живут в лесу в палатках. Большинство не имеет шинелей. Солдатам очень холодно» - так рассказывает пленный О. Р-ер. Сам он одет во все свое, кроме френча и шапки. Пленный К-о также жалуется на плохое питание и совершенно непригодную одежду.
- Мы двое суток жили на кусочках хлеба. Горячего ничего не получали.
Одет этот пленный в шинель, но под ней собственная рубашка и домашние брюки.
Никто у нас не верит в то, что финляндская армия сможет долго сопротивляться, - утверждает пленный х-н – офицеры боятся, что солдаты начнут бунтовать.
Другой пленный солдат рассказывает, что их командир роты теперь посылает разведчиков в порядке приказа, причем ему очень часто приходится прибегать к угрозе отдать солдат под суд.
Сознание полной бессмысленности своего сопротивления, сознание, что защищают они чуждые, враждебные трудящимся интересы, все глубже проникают в гущу солдатских масс бело-Финляндии. «Недавно мы лежали в окопе вместе с солдатом В. Он в прошлом рабочий типограф. В беседе у него вырвалась такая фраза: - «Бессмысленно воевать с сильной Красной Армией. Да и зачем это нам нужно».
И солдат думает над этим.
А подумав, он приходит к правильному выводу.
«...Несколько снарядов разорвалось вблизи школы, которую мы занимали. С этой минуты я больше не видел ни лейтенанта, ни сержанта. Они бежали первыми. Я задержался в окопе, и когда высунул голову, то увидел, как прошли три советских танка. Я вылез и спрятался за дерево. Потом я увидел красноармейца. Тот меня не видел. Я бы мог его убить. Но зачем? Ведь он такой же рабочий, как и я. И вот я, окликнув его, поднял руки»...
Это рассказ пленного, бывшего рядового третьей роты А. Б-на. Его мысль дополняет другой пленный сержант К-ен:
- Для финского народа самый короткий путь к миру прекратить сопротивление. Об этом нужно сказать всем финнам!
Л. Светлов
Ежедневная красноармейская газета 7-й Армии «БОЕВАЯ КРАСНОАРМЕЙСКАЯ» №41 (115), 10 февраля 1940 г.
Подпишитесь 👍 - вдохновите нас на новые архивные поиски!
© РУДН ПОИСК
При копировании статьи, ставить ссылку на канал "Строки фронтовые"
Партнер проекта: Российский Государственный Военный Архив(РГВА)