«Пусть они почувствуют вкус крови и выйдут за цивилизованные рамки».
Президент Германии Пауль фон Гинденбург подписал в марте 1933 года закон о чрезвычайных полномочиях канцлера Германии, принятый накануне парламентом. Казалось бы, вот она — абсолютная власть Адольфа Гитлера! Но на деле все оказалось не так, как на бумаге.
«Коричневорубашечники»
Для защиты себя любимых и своих партийных сборищ Гитлер еще в 1921 году нашел где-то отставного флотского офицера и поручил ему подобрать активных и физически крепких молодых людей. Дело было сделано и отряд будущих нацистов получил название Sturmabteilung, что по-русски означает «штурмовой отряд», сокращенно — СА. А еще их в народе прозвали «коричневорубашечники», так как они во время выполнения своих обязанностей надевали рубашки коричневого цвета.
Прошло пять лет. Штурмовых отрядов уже было несколько. Их численность росла. Поэтому Гитлер самого себя назначил верховным руководителем штурмовиков, а их непосредственным начальником утвердил некого Франца Феликса Пфеффера фон Заломона.
Заломон был отставным военным офицером, принимал участие в Первой мировой, так что он быстро навел порядок среди «коричневорубашечников», введя там структуру армейского типа. Ввел даже звания, как в армии.
В начале 1931-го Гитлер отстранил Заломона от руководства СА. У штурмовиков в то время не было никакого оружия и Заломон, не поставив Гитлера в известность, обучал штурмовиков в армейских учебных центрах. Данные действия могли поставить НСДАП вне закона, вплоть до её ликвидации.
Гитлер не стал рисковать и подобрал нового руководителя СА. Им оказался Эрнст Рём. Который также был отставным военным. Во время Первой мировой он командовал ротой. Участвовал вместе с Гитлером в Пивном путче 1923 года.
Под его управлением численность «коричневорубашечников» очень скоро выросла до 400 тысяч. На минуточку, численность рейхсвера (с 1935-го — вермахт) составляла всего лишь 100 тысяч.
Выявились некоторые противоречия
После того как Гитлера встал во главе государства, задача силового захвата власти отпала сама собой. Он и его партия как бы уже и не нуждались в штурмовых отрядах.
До 1933 года нацистское движение состояло из двух группировок — собственно партии (НСДАП) и штурмовых отрядов (СА). Несмотря на формальное лидерство Адольфа Гитлера над обеими структурами, штурмовики сохраняли значительную автономию и нередко вступали в конфликты с партией, вернее, с партийными функционерами. Рёмовцы были убеждены, что именно они являются основной боевой единицей в противостоянии с коммунистами и прочими политическими оппонентами, тогда как партийная бюрократия заняла места в парламенте, правительстве и прочие государственные посты.
Когда Гитлер пришел к власти, он через какое-то время приостановил прием новых членов в ряды НСДАП. Дабы исключить проникновение карьеристов и временных союзников. А вот численность коричневорубашечников в период с 1933 по 1934 год резко увеличилась — с 1 до 3 млн. И вот оказывается, что они оказались лишними и ненужными. Это крайне обострило конфликт между руководством штурмовиков и партийным аппаратом.
А ведь СА к тому времени превратилась в мощную армию. Со своей структурой и званиями. Например, группа уних равнялась дивизии, оперативная группа — армейскому корпусу. Естественно, что при таком раскладе Рём выдвинул идею формирования «народной армии», куда вошли бы рейхсвер, штурмовые отряды и ветеранские объединения типа «Стальной шлем». По задумке Рёма, рейхсвер должен был стать лишь учебной базой подготовки солдат.
Самое интересно, что не только Рём предвзято относился к военным. Многие влиятельные нацисты были недовольны руководством рейхсвера. Армия подвергалась попыткам подчинения не только со стороны Рёма, но и со стороны руководства самой НСДАП. Взять хотя бы того же Геринга.
Но был еще жив президент Гинденбург. Он, как прославленный ветеран Первой мировой, пользовался абсолютной поддержкой генералов. На тот момент в рейхсвере существовало неписаное правило: военные должны были держаться подальше от политических интриг. Эта традиция строго соблюдалась и после прихода к власти нацистского режима. Армия соглашалась взаимодействовать с нацистским руководством точно так же, как ранее мирилась с предыдущими правительствами. Более того, Гитлер начал ублажать военных, обещая расширение численности армии и проведение масштабного перевооружения.
Даешь «вторую революцию»!
Мало кому известно, что Гитлер всегда проявлял колебания и неуверенность, сталкиваясь с необходимостью принятия решительных мер против кого-то из своего ближайшего круга. Ему было крайне сложно преодолеть собственные устоявшиеся представления. Эрнст Рём являлся одним из ближайших сподвижников Гитлера и принадлежал к немногим людям, которым позволялось обращаться к нему на «ты».
Гитлер надеялся, что проблема разрешится без вмешательства. Однако случилось так, что Рём, стремясь повысить авторитет своих подчиненных, неуклюжими и грубоватыми действиями вызвал недовольство не только среди военных и поддерживающей их правой части националистически-консервативного промышленного сообщества, но также внутри самой партии. В итоге вокруг Рёма и других руководителей СА развернулась крупная политическая игра, итогом которой стало убеждение Гитлера в подготовке путча руководством СА. После некоторого колебания фюрер санкционировал устранение Рёма.
Это уже позже стало известно, что сам Эрнст Рём вовсе не планировал государственного переворота. После захвата власти нацистами в Германии он неоднократно заявлял о необходимости проведения «второй революции». Эти высказывания были абсолютно открытыми и соответствовали принципам национал-социалистической идеологии — подобные идеи ранее высказывал и сам Гитлер.
А это о чем? Что за «вторая революция»?
Первая, она же «национальная революция», согласно официальной позиции НСДАП, произошла после их победы на выборах. Это когда были разгромлены коммунисты, социал-демократы и другие левые силы. Теперь же, по мнению Рема, следовало перейти ко второму этапу преобразований.
Рёмовцы считали необходимым продолжать «национальную революцию», направив дальнейшие усилия против правого крыла. Они видели себя основными действующими лицами в предстоящей схватке. Идеология нацизма была вовсе не традиционным популизмом, каким ее воспринимала значительная часть общества, а скорее радикальным модернизмом.
И на самом деле. Нацистский режим вовсе не стремился сохранить сложившееся общество через поддержку традиционных ценностей, а намеревался создать абсолютно новую Германию. Этакое сверхцентрализованное государство, основанное на принципах национал-социализма, в котором традиционным консерваторам не нашлось бы места.
Тот же Гитлер, придя к власти, вовсе не оставил мысли расправиться с правыми. Однако он решил отложить этот конфликт до подходящего момента. В тот период нацизм еще не достиг достаточной силы, вынуждая Гитлера идти на компромиссы и сотрудничество с представителями правого лагеря.
Головная боль буквально для всех
На переднем плане закулисных игр против Рёма оказались Геринг и Гейдрих, каждый из которых преследовал собственные цели. Геринг стремился занять место главы рейхсвера, а Гейдрих, занимавший второе место в структуре СС — формально входивших в состав СА, желал получить полную независимость для своего подразделения. Кроме того, Гейдрих нуждался в установлении контроля над прусским гестапо, которое тогда находилось в ведении Геринга, чтобы сформировать единое тайное полицейское ведомство нацистской Германии.
Специально подготовленные материалы, порочащие честь Рёма и руководство СА, попали в распоряжение Гитлера. Эти сведения включали главным образом донесения информаторов и записи приватных разговоров, где Рём вместе с приближенными критиковал фюрера и призывал передать штурмовикам инициативу в строительстве истинного национального социализма в стране. Однако подобные высказывания носили скорее характер недовольства ветеранов партии, оставшихся неудовлетворенными своим положением.
На Гитлера также оказывали давление военные, недовольные перспективой попасть под руководство бывших уличных хулиганов. К тому же они вовсе не хотели терять жирный кусок пирога в виде государственного бюджета, направленного на расширение и модернизацию вооружённых сил Германии.
За свою лояльность генералитет также обещал Гитлеру поддержать его стремление на объединение постов главы правительства и государства сразу после кончины престарелого Гинденбурга.
Сам же Гинденбург настаивал, чтобы Гитлер укротил отряды СА и установил над ними строгий надзор. Иначе он мог установить в стране чрезвычайное положение и сместить правительство во главе с Гитлером.
К тому же в начале 1934 года СА незаконным путем завладели тяжелым вооружением. Естественно, эта новость вызвала серьезную тревогу среди генералитета рейхсвера.
В такой ситуации перед Гитлером встала дилемма: либо уступить реальной власти Рёму по собственной воле, либо устранить его физически.
Таким образом, к лету 1934-го обстоятельства сложились крайне неблагоприятно для Эрнста Рёма и возглавляемого им штурмовиков.
Хронология расправы
22 июня 1934 года:
Гитлер поручает Карлу фон Эберштайну, руководителю округа СС «Центр», немедленно подготовить все его части к возможным действиям ввиду поступившей информации о готовящемся путче.
24 июня:
Главнокомандующий сухопутной армией рейхсвера генерал фон Фрич отдал распоряжение приступить к подготовке возможных мероприятий ввиду назревающего восстания штурмовиков.
25 июня:
Гитлер уведомил военного министра фон Бломберга о своем намерении задержать ключевых лидеров СА.
29 июня:
По сигналу тревоги приведены в боевую готовность личный полк «Адольф Гитлер» и полиция особого назначения «Генерал Геринг». В тот период фюреру снова поступили сведения от Гиммлера о готовящемся беспорядке среди штурмовиков в Мюнхене. Разъярённый этой информацией, Гитлер незамедлительно прибыл в боннский аэропорт и вылетел в столицу Баварии.
30 июня:
По прибытии в Мюнхен Гитлер немедленно отдал приказ задержать мюнхенских главарей штурмовых отрядов — Шнайдхубера и Шмидта, а сам направился в Бад-Висзе, где пребывал Эрнст Рём.
6:30.30 июня:
Адольф Гитлер уже перед дверью комнаты Эрнста Рёма. Полицейский ударил в дверь и потребовал от Рёма немедленно ее открыть. Едва лишь Рём выполнил просьбу, Гитлер тут же вошел внутрь с пистолетом в руках и объявил Рёма арестованным, приказав ему одеваться. Также был произведен арест всех находящихся в отеле членов штурмовых отрядов.
9:00.30 июня:
Вернувшись в Мюнхен, Гитлер отдал распоряжение привести в боевую готовность эсэсовские подразделения по всей стране. Из сейфов были извлечены особые пакеты, содержащие перечни руководителей СА, которых необходимо устранить.
1 июля:
С этого дня развернулся настоящий террор по отношению коричневорубашников. Немедленно был отдан приказ о казни Шнайдхубера, Шмидта, Хайнеса, Хайдебрека и графа Шпрети. Что касается дальнейшей участи Рёма, Гитлер еще испытывал сомнения. Лишь усилиям Гиммлера и Геринга Гитлера удалось склонить к решению о физическом устранению его давнего соратника.
15:00. 1 июля:
Комендант концлагеря Дахау Теодор Эйке вместе с офицерами СС — штурмбанфюрером Липпертом и группенфюрером Шмаузером — прибыл в мюнхенскую тюрьму «Штадельхайм». Не обращая внимания на протесты тюремной администрации и срочный звонок министра юстиции Франка, Эйке и его сопровождающие вошли прямо в камеру Эрнста Рёма.
«Ваша судьба предрешена. Фюрер предоставил вам возможность достойно завершить жизненный путь», — обратился Эйке к когда-то могущественному руководителю штурмовиков.
После этого Эйке достал пистолет, и положив его на стол, покинул помещение. Спустя четверть часа он снова вошел в камеру. Однако Рём не воспользовался оружием — он стоял лицом к выходу, поднял вверх правую руку и громко выкрикнул: «Да здравствует мой фюрер!». В ответ Эйке вместе с Липпертом произвели несколько выстрелов.
Ночь длинных ножей значительно усилила позиции нацистского режима в Германии. Благодаря союзу с генералами рейхсвера Адольф Гитлер сразу после кончины тяжело больного главы государства Пауля фон Гинденбурга сумел летом 1934 года объединить посты канцлера и президента, став единоличным обладателем абсолютной власти.
Таким образом, с позиции внутренней политики эта операция оказалась чрезвычайно эффективной, пусть и крайне жестокой и аморальной мерой.
Спасибо за внимание!