Практически полностью фантастическая, но в чём-то очень даже жизненная история.
Глава 21
В актовом зале местной школы был аншлаг, вот если бы студенты с таким рвением приходили на занятия! Было такое ощущение, что собрались практически все жители этого северного городка - мамочки пришли с детками, школьники, ну и множество мужчин в погонах и без, но отсутствие формы, как говорится, содержания не меняло.
Да ее, пожалуй, встречали здесь действительно как звезду эстрады или оперы. На сцене установили кресло и миниатюрный столик, у нее за спиной повесили большой экран, на который будут проецироваться слайды, а перед нею расположились ряды лиц, с любопытством ее разглядывающих. Такой редкий экземпляр, как доктор искусствоведения, профессор и женщина в одном лице, видимо, еще здесь не появлялся, и все пока не представляли, чего от нее ожидать, однако, видимо с развлечениями здесь было действительно плохо.
Люди тихонько переговаривались, пока она устанавливала совой ноутбук, поглядывая на часы. До начала мероприятия оставалось несколько минут. Она видела Даньку, который пришел действительно в компании двух девушек. Он подмигнул ей, устроившись с барышнями на задних рядах. Андрея она не заметила, но может быть это было и хорошо.
Наконец на сцену поднялась женщина, директор школы, она подождала, когда шепотки в зале затихнут и рассказала о том, как им повезло, что в этот холодный осенний день к ним в городок неожиданно залетела такая экзотическая птица, которая сейчас споет всем свои песни…
Раздались нестройные хлопки, Анна перекрестилась и вышла на центр сцены, попросила жестами, чтобы аплодисменты стихли. Сложила руки перед собой, как для молитвы и замолчала, сосредоточиваясь. Затем медленно подняла голову и начала, - Добрый вечер, дорогие друзья, сегодня я расскажу вам о великих мастерах Испанской школы живописи конца XVI, начала XVII веков. Меня не ограничили какими-нибудь рамками, сказали просто: «Расскажите о том, о чем хотите.» Поэтому я решила, что мы с вами на этот вечер перенесемся на Пиренейский полуостров, в Испанию. Я перед лекцией специально посмотрела погоду - в Мадриде сегодня +21, солнечно.
В зале тихонько позавидовали испанской удачливости, кто-то даже предложил поменять дислокацию. Сидящие впереди школьники смотрели на нее во все глаза не отрываясь, чего не скажешь о молодежи, устроившейся на задних рядах. Обычная история, студенты тоже в пол уха порой слушают, а потом не могут вспомнить, кто такой Николя Пуссен. Она поискала глазами Заманского – в отличие от многих ловит каждое ее слово.
- Вы читали роман Дюма «Три мушкетера»? Поднимите руки, кто читал? Ну, смелее! - она обвела взглядом зал, робко поднялась одна, другая рука, потом еще несколько.
- Читали, ну или хотя бы фильм смотрели. Так вот, наши мастера, о которых пойдет речь, как раз и жили в те времена, когда разворачивались события другого романа Дюма - «Королева Марго». Но то было во Франции, а вот в Испании, при дворе Филиппа II работал наш первый автор - Алонсо Санчес Коэльо…
Она щелкнула кнопкой и на экране появился слайд с изображением портрета художника, в зале немного оживились, конечно все любят смотреть картинки, это вам не всякую ерунду слушать. Пошли тихие комментарии «какой глазастенький», «суровый мужик», «ишь, вылупился». На бородатого дядьку в пышном кружевном воротнике слушатели смотрели с интересом. А потом замелькали одна за другой герцогини, инфанты, графини - неулыбчивые испанские красавицы с надменным взглядом и горделивой осанкой. Снова случилась магия, Анна почувствовала, что до этого совершенно равнодушная к искусству аудитория притихла, все всматривались в лица и глаза прекрасных женщин, живших почти пять веков назад. Слушатели теперь с интересом к ней прислушивались. Она рассказывала о нормах сословного этикета испанского дворянства того времени, о том, как эти женщины жили, как одевались, как слушали серенады, как горячие испанские кабальеро дрались за них на дуэлях…
Барышни с завистью вздыхали, когда она показывала очередную испанку, они рассматривали богатые жемчужные украшения, пышные воротники из тонкого кружева, искусную золотую вышивку на платьях. Мужчины тихонько разглядывали лица красоток. Как она и предполагала, нежные, неприступные испанки околдовали суровых моряков.
- Когда в следующий раз вы будете в Мадриде, обязательно найдите время, чтобы посетить музей Прадо, потратьте время, постойте у полотна великого Веласкеса… - щелкнула пультом и сама окунулась в пространство картины, вспоминая свои ощущения, когда она стояла впервые перед ним, восторг и ошеломление. Все эти ощущения она постаралась передать аудитории.
Полтора часа пролетели совершенно незаметно, Анна всегда увлекалась темой, растворялась в ней, и выдохнула, лишь когда она закрыла последний слайд.
- Ну что ж, это все, что я хотела вам сегодня рассказать, у кого-нибудь есть вопросы? - обратилась она к аудитории. Через пару мгновений в центре зала поднялась рука, а вслед за нею поднялся и какой-то молодой человек, как и все одетый в форму. Анна кивнула ему.
- У меня есть вопрос, а вы замужем? - спросил он бесхитростно. Зал грохнул. Анна мысленно подняла глаза к потолку.
- Никодимов, - раздался строгий начальственный голос, - сядь!
- А что такого, - возмущался Никодимов, - я что, не могу товарищу профессору вопрос задать?
- Господин Никодимов, - обратилась к нему Анна, - подойдите ко мне после лекции, я отвечу вам лично, если хотите. Еще вопросы?
Смущенный от всеобщего внимания Никодимов, в адрес которого тут же полетели шутки и предложения разной степени пристойности, опустился на свое место.
Поднялась еще одна рука, а вслед за нею поднялся и старый знакомый, Артур Заманский. - Анна Ф-францевна, - начал он, слегка заикаясь от волнения, - могу я вас попросить повторить тот материал про Пуссена…
Анна кивнула, бледному юноше и тот радостно сел на место.
- Запоминайте, Заманский, спрошу обязательно, когда будете восстанавливаться! Итак! - она сделала пару шагов по сцене настраиваясь.
- Ты давай, записывай, салага!
- Профессор специально для тебя сюда приехала, чтобы ты, недомерок, свои хвосты сдал, а ты…
Парень из бледного стал красным, ну что ж нужно идти к нему на выручку. – Потише, прошу, итак, Николя Пуссен!
Уже после того, как отгремели последние аплодисменты и ей торжественно вручили нагрудный знак «Йоканьга, Гремиха, Островной», она смогла спуститься со сцены, так сказать в народ. Тот парень, что пытал ее о семейном положении, тут же нарисовался рядом, он оказался совсем зеленым капитаном, или как это звание тут у моряков называется. Лопоухий и с добрыми глазами – смешной парнишка, вызывающий в ней скорее материнские чувства. При ближайшем рассмотрении его лицо показалось ей знакомым.
- А мы с вами раньше не встречались? - спросила его Анна.
Тот в ответ снова покраснел. - Ну как же, я же был дежурным по ПЛ, когда вы…
- Вы?! - Анна внимательно посмотрела еще раз на него, - Да ни за что бы не узнала!
- Вы мне показались тогда таким суровым, строгим, а сейчас вижу, что вы милый мальчик, - призналась Анна.
Бедный Никодимов совсем растерялся, но на свидание все-таки ее пригласил, и искренне расстраивался, когда она ему отказала. Благо подошедший к ней полковник Веденеев, который под конец почтил своим вниманием это мероприятие, оттеснил Никодимова в сторону. А Веденеев галантно поцеловал ей руку и пригласил отужинать в ресторанчике «Северное Сияние». Что ей оставалось делать - только согласится.
Потом подходили и другие, директриса школы обняла ее за плечи и чуть не плача заявила, что ничего более прекрасного она в жизни не слышала. Так же восторженно галдели и обе Данькины спутницы, перебивая друг дружку благодарили, а одна поинтересовалась даже где учат на искусствоведа.
Анна попросила Даньку взять у девушки адрес почты и пообещала ей подробно написать о том, где учат и что нужно сдавать. Девушка захлопала глазами и в них заблестели слезы. - Только не реветь! - прикрикнула на нее Анна, - Учитесь и все у вас получится.
Данька отправил девушек одеваться, а сам задержался около матери.
- Ну как я выступила? - спросила она у него.
- Ма, я в тебе ни сколечко не сомневался, ты у меня magnifique! - он обнял ее и поцеловал в щеку, - Ну я побежал, девчонок провожу
- Беги, Казанова! - смеясь, махнула она ему рукой.
Последним подошел невесть откуда взявшейся Овсянников, под ручку с очень красивой дамой. - Анна Францевна, позвольте вам представить моя жена Марина. Марина, Анна, как оказалось, моя старая знакомая, мы не виделись с нею больше двух десятков лет, представляешь, и так неожиданно встретились здесь.
Анна заметила какое-то напряжение между супругами, и настороженность во взгляде Андрея. А вот супруга его смотрела на нее с нескрываемой антипатией. Ну что ж, всем мил не будешь, резонно заключила Анна, хочет дамочка злиться, ну это ее право, нам с нею детей не крестить. Однако весь этикет Анна четко соблюла, поприветствовала спутницу Андрея, и сославшись на дела, отошла от четы Овсянниковых. Нужно было забрать свою аппаратуру, ну и разузнать, где тут этот самый ресторанчик.
Анна выключила компьютер, закрыла его и аккуратно уложила в специальное отделение сумки, затем покидала ту да же очки, салфетки, и все что успела выложить в процессе подготовки к лекции, боковым зрением видела, что на нее то и дело поглядывал Андрей, рукав которого все еще был оккупирован супругой, которая улыбалась всем направо и налево. Эти короткие взгляды нервировали и вызывали чесотку на спине.
Андрею приходилось прикладывать усилие, чтобы слушать Маринину болтовню. Вот кого он не ожидал увидеть здесь сегодня, так это ее. Какого она примчалась? Зинка что ли пожаловалась подруге на соседа. Они с Мариной частенько зависали вдвоем, перемывали кости общим знакомым, сплетничали, а чем им еще здесь заниматься?
Он постарался закончить все дела сегодня пораньше, чтобы посмотреть Анну на сцене, но практически у крыльца школы его окликнули, он остановился и глазам своим не поверил, там стояла Маринка, собственной персоной. Которая невозмутимо взяла его под руку и повела в зал, мест им уже не досталось, поэтому пришлось расположиться у стеночки.
- Ты почему мне не сообщила, что приезжаешь, я бы встретил. - спросил он, наклонясь к самому уху супруги.
- Не хотела тебя отвлекать, - излишне просто ответила она свистящим шепотом.
А потом еще и добавила, - от дел. - снабдив комментарий еле заметным кивком в сторону сцены. И в этом «от дел» он почувствовал столько нерастраченного яду, что стал опасаться за Анну, которая невольно стала объектом, против которого и был приготовлен весь этот запас отравляющих веществ.
А та, рассказывала про каких-то испанцев, то и дело щелкала пультом, перелистывая слайды, с которых чопорно смотрели дамочки в черных платьях. Когда лекция закончилась и она спустилась со сцены, ее тут окружила толпа. Да еще полковник на нее явно глаз положил, ну что же ему-то как раз и можно, он единственный из всех не был женат, и неспроста так начал ею интересоваться. Не нравился ему этот интерес постороннего мужчины к женщине, которую он считал своею… А тут еще Маринка прикатила, что-то он запутался совсем. И это она еще Даньку толком не рассмотрела, вот тогда действительно будет плохо всем.
Хорошо, что они завтра уезжают, еще бы эту ночь как-то пережить.
- Андрей Дмитриевич, можно тебя, - Семен увел его от Марины, которая нехотя отпустила мужа, но тут же принялась болтать с кем-то из знакомых.
- Спасибо, Семен Петрович, спас, - тот только досадливо отмахнулся.
- Ты что теперь делать-то собираешься? - спросил он погодя у друга, а когда тот в ответ только неопределенно пожал плечами, продолжил - Тогда держи, это тебе на закуску.
Доктор протянул ему конверт.
- Что это? - не понял Андрей, крутя его в пальцах.
- Результаты ДНК пришли, я не вскрывал, не знаю, что там, давай сам. - хмыкнул доктор.
Андрей торопливо убрал конверт в карман. - Спасибо, ох как все не вовремя. – он устало потер глаза.
- Твою-то каким ветром сюда занесло? - спросил Семен, он знал, что Марина очень не любила бывать на севере и приезжала сюда только в крайнем случае. Например, чтобы поздравить любимого супруга с днем рождения, или… Да, пожалуй, и все. Понять-то ее можно, жизнь здесь не сахар, но и не осуждать тоже трудно. Бросила мужика одного, он же в последнее время скорее какой-то механизм напоминал, а не живого человека. И только после неожиданного явления этой непонятной Анны Францевны с сыном Андрюха встряхнулся, ожил, что ли. Маринке не иначе Зинаида позвонила, рассказала, что да как, ох уж эти бабы! Но может законная супруга теперь задумается о том, что не хорошо живого мужа надолго оставлять без своей заботы и внимания.
- Ладно, разберешься. - друг похлопал его по плечу и отошел, а у Андрея появилась возможность поговорить с Анной, которая, собрав свои вещи двигалась к выходу.
- Далеко собралась? - он успел перехватить ее у самой двери и, крепко схватив ее за запястье, быстро пошел по темному коридору в сторону. Анна трепыхалась и тихо возмущалась, но шла за ним.
- Ты совсем больной? - прошипела она, когда он отпустил ее руку, притащив в темный пустой класс. Анна, отошла от него и растирала руку, да он немного перестарался.
- Послушай, как-то все катится… - Андрей сделал шаг в ее сторону.
Анна отвела взгляд в сторону и проговорила. - Андрей, дай нам с Данькой спокойно уехать завтра и на этом все.
- Но я не хочу, чтобы так все заканчивалось, я не хочу терять тебя снова! - он сделал еще один шаг к ней.
- Чтобы что-то терять, сначала нужно что-то иметь, - ответила Анна и отошла назад. - Ты лучше скажи вот что, этот ваш Веденеев, он меня на банкет какой-то звал, как ты думаешь, он сильно обидится, если я не пойду? Не хочу я уже ничего…
- Тебя наш начальник тыла заинтересовал? - Андрей снова сделал шаг в ее сторону, - Он мужчина видный, на отличной должности, холостой кстати!
- Еще один плюс в пользу Веденеева, - Анна снова отступила. - Он мне сразу понравился, еще, когда мы сюда вместе летели, а там тебя твоя супруга потеряла, ты не забыл?
- Ань, я все помню, - Андрей продолжал наступать, до тех пор, пока Анна не отступила к стене.
Она выставила вперед руку, - Не подходи!
Но его уже было не остановить, он сделал чего хотелось в этот момент больше всего, обхватил руками ее голову и впился в губы, требовательно и вместе с тем нежно. Анна билась в его руках как пойманная птица, но постепенно расслабилась и обняла его за шею.
- Боже, что я делаю, - простонала она и сама потянулась к нему. Вмиг пропало все, и эта темная комната, и снег за темным окном, остались только ощущения тепла, расползающегося по телу и руки, скользящие по коже, ставшей вдруг такой чувствительной. Казалось, что еще чуть-чуть и она, ставшая легкой как перышко, оторвется от пола. А еще она чувствовала мягкие губы на лице, почему-то они были соленым. Слезы сами собой потекли у нее из глаз, а он подхватывал слезинки.
Анна проводила пальцами по его коротко стриженной голове, по скуле, по плечам… Андрей не мог остановиться он целовал ее шею, снова возвращался к губам.
- Ты моя женщина! - прорычал он, оголяя ее плечо и ставя на него клеймо своего поцелуя, - Всегда была моей!
- Ты слышишь, только моя! - в какой-то момент он почувствовал, что Анна мелко трясется, он посмотрел ей в лицо - она беззвучно смеялась, а из глаз ее текли слезы.
- Андрей, ты сам себя слышишь? - давясь от приступа нервного смеха выдавила Анна, оттолкнув его. - Все, прости, милый, но тебе пора.
Она непослушными пальцами попыталась вернуть блузку на место, а затем обхватила себя руками, и скорчившись села на парту, спазмы сотрясали ее узкую спину. Он прикоснулся к ней, но она дернулась как от разряда тока.
- Я что-то непонятное сказала? - огрызнулась она, - Уйди!
- Я не потеряю тебя снова! - уверенно повторил он, опять прикоснувшись к ее плечу.
Она дернулась, сбрасывая его руку, - Ну сколько раз тебе говорить, уйди, ты только и можешь, что мучить меня. Пожалуйста!
- Попрошу Семена, он отвезет тебя, - глухо сказал Андрей, поправляя тужурку. - Не делай глупостей Аня, ты - моя женщина, - с этими словами он ушел.
Анна еще посидела в темноте прислушиваясь к удаляющимся шагам, а затем шумно выдохнула. Сердце глухо стучало, выравнивая ритм. Она начала застегивать пуговки на блузке, некоторые были вырваны с мясом, жалко - блузка была новая. Встала, пригладила растрепавшиеся волосы, вытерла губы, саднящие от жестких поцелуев. Покидать гостеприимную темноту пустого класса не хотелось. Просидеть бы здесь до утра…
Дверь тихонько приоткрылась, кто-то вкрадчивым шепотом позвал, - Голубушка Анна Францевна, вы тут?
Андрей, как и обещал, прислал Семена Петровича, своего начмеда, и она тихонько вышла из-за шкафа. Молча пошла за ним и уже скоро он вез ее по темным заснеженным улицам. - У меня сегодня переночуете, а завтра, бог даст, посадим вас на теплоход, и забудете вы про нас.
- Скорей бы, - рассеянно проговорила она, глядя на заснеженную пустошь, затем встрепенулась и тревожно спросила. - А сын мой где? - тревожно спросила она.
- Не переживайте, Аннушка Францевна, ваш пострел не пропадет, - начмед отвлекся от дороги, - А вот вам бы я витаминчиков, капелек успокоительных бы прописал…
- Вы часом психотерапевтом не подрабатываете? - спросила она, криво улыбаясь.
Он снова глянул на нее и хмыкнул, - Голубушка, я в автономку хожу с сотней мужиков, так там кем только не приходилось работать - и хирургом, и стоматологом, - начал он приподнимать один за другим пальцы, лежащие на руле, - ну и мозги вправлять тоже доводилось.
Анна с недоверием посмотрела на него, а тот довольный произведенным эффектом, качнул головой, подтверждая свои слова.
- Богатая у вас практика, Семен Петрович, - Анна со вздохом откинулась на спинку, - Тогда посоветуйте, что принять, чтобы душа не болела?
Доктор снова отвлекся от дороги и посмотрел на нее с сочувствием, - Не переживайте, Аннушка Францевна, все наладится.
История рассказана © N.F.
29.05.2025
.