Алиса сидела в своей мастерской, окружённая рулонами тканей и швейными машинками. Помещение в центре города, хоть и небольшое, было её гордостью: аккуратные полки, яркий свет, запах новой ткани. К сорока годам она заработала репутацию первоклассной портнихи, чьи работы могли составить конкуренцию брендовым платьям. Клиенты записывались за месяцы вперёд, а очередь на пошив свадебных нарядов растянулась до следующего лета. Но её родственники, как всегда, считали, что её время и деньги — общее достояние.
Телефон завибрировал на столе - Марина. Она уже знала, что разговор будет долгим и, скорее всего, неприятным. Марина, невестка, имела талант превращать любую просьбу в спектакль с тремя актами.
— Алиса, привет! — голос Марины был приторно-сладким. — Ты как, не сильно занята?
— Заказов полно, — ответила Алиса, продолжая выравнивать строчку на шёлке. — Что случилось?
— Ох, Лиза наша замуж выходит! — выпалила Марина, будто объявляла о выигрыше в лотерею. — Представляешь? А ей всего двадцать лет! Алексей, её жених, парень простой, из деревни. Работает на складе, но Лиза влюбилась по уши.
Алиса отложила ткань. Двадцать лет — возраст, когда любовь кажется важнее здравого смысла. Она вспомнила, как сама в молодости шила костюмы для своего брата Ивана и Марины почти даром, а те в ответ раздавали её визитки знакомым. Тогда это казалось взаимовыгодным, но со временем Алиса поняла: семья воспринимает её помощь как должное. Оплата? Благодарность? Это для чужих.
— Свадьбу задумали пышную, — продолжала Марина. — Ресторан, живая музыка, всё как полагается. Но, сама понимаешь, с деньгами туго. Алексей обещал, что его родня половину оплатит, но я что-то сомневаюсь. Алис, подкинь ты денег на свадьбу моей дочки! Ну, тысяч двести? И платье Лизе сошьёшь, а? Она в журнале насмотрела, а в салоне такое продают за сто восемьдесят тысяч. Ты же у нас волшебница!
Алиса подавила желание закатить глаза. Двести тысяч. Платье. Конечно, почему бы не бросить все заказы ради каприза Лизы? Она представила, как Марина уже мысленно хвастается подругам «идеальной свадьбой» дочери.
— Марина, я по горло в работе, — сказала Алиса ровным тоном. — Платье, может, и успею, если Лиза заранее придёт. Но деньги… Это серьёзная сумма. Мне нужно подумать.
— Ой, Алиса, ну ты же наша самая близкая родственница! — Марина перешла на умоляющий тон. — Это же для Лизы, для её самого важного дня! Неужели тебе жалко? Мы всё вернём, честно.
Алиса посмотрела на календарь, где каждый день был расписан заказами. Она знала, что отказ вызовет обиду, а согласие — новые требования в дальнейшем. Но память о прошлых «одолжениях» — бесплатных костюмах, неоплаченных тканях — всё ещё жгла. Тогда Марина обещала «расплатиться позже», а позже превратилось в никогда.
— Я посоветуюсь с мужем на счёт денег, — сказала Алиса, стараясь не выдать раздражения. — Пусть Лиза зайдёт с журналом, посмотрим, что за платье.
— Вот это по-нашему! — обрадовалась Марина. — Я знала, что на тебя можно рассчитывать!
Алиса положила телефон и вернулась к шитью. Её пальцы двигались по ткани, но мысли были далеко. Она хотела бы сказать Марине, что её мастерская — не благотворительный фонд, а её время — не бесплатное приложение к родственным связям. Но пока она молчала. Пока.
***
Алиса провела полночи за швейной машинкой, пытаясь уложить в голове, как впихнуть платье для Лизы в трещащий по швам график.
Лиза заявилась в мастерскую с видом звезды, опаздывающей на красную дорожку. Она бросила журнал на стол и тут же уткнулась в телефон, даже не поздоровавшись.
Журнал, который принесла Лиза, пестрел глянцевыми страницами с платьем, которое в салоне тянуло на сто восемьдесят тысяч. Облегающий силуэт, тонкий шёлк, ручная вышивка — работа не для слабонервных.
— Вот, — буркнула она, тыкая пальцем в страницу. — Хочу точно такое же. Без всяких ваших изменений.
Алиса посмотрела на эскиз, потом на Лизу. Фасон был рассчитан на модель с идеальными пропорциями, а Лиза, при всей своей молодости, была далека от журнальных стандартов. Платье могло подчеркнуть то, что Лиза, скорее всего, предпочла бы скрыть.
— Лиза, — начала Алиса осторожно, — этот крой очень облегающий. Может, чуть скорректировать юбку? Будет удобнее и…
— Что? — Лиза оторвалась от телефона, её брови взлетели вверх. — Вы намекаете, что я толстая? Серьёзно? Просто шейте, как в журнале, и всё.
Алиса проглотила ответ. Она купила ткань и фурнитуру на свои деньги, выложив более двадцати тысяч из личных сбережений. Она могла бы отказаться, но тогда Марина разнесла бы по всей родне, какая Алиса «жадная».Она работала ночами, подгоняя ткань, проверяя каждый шов. Лиза приходила на примерки, каждый раз находя повод покритиковать: то вышивка «не блестит», то подол «не так струится». Алиса терпела, напоминая себе, что это для семьи. Хотя семья, похоже, совсем этого ценила.
Когда платье было готово, Лиза явилась в мастерскую в последний раз. Она крутилась перед зеркалом, фотографировала себя со всех ракурсов и, наконец, снизошла до улыбки.
— Ну, нормально, — сказала она. — Мама спрашивает, сколько мы должны за это.
Алиса выдохнула. Она не хотела брать деньги за работу, но материалы стоили дорого.
— Двадцать две тысячи за ткань и фурнитуру, — сказала она. — За пошив не беру.
— Сколько? — Лиза уставилась на неё, будто Алиса потребовала миллион. — Да вы шутите! Это же просто тряпка! Больше трёх тысяч я не дам.
Она швырнула на стол три мятые купюры и направилась к выходу, даже не взглянув на Алису. Дверь хлопнула, оставив в мастерской горький осадок. Алиса смотрела на деньги, чувствуя, как внутри что-то сжимается. Она отдала недели своей жизни, а в ответ получила три тысячи и пренебрежение.
Вечером позвонила Марина. Алиса ждала хотя бы слова благодарности, но вместо этого услышала неловкое:
— Алиса, ты не обижайся, но на свадьбу вас с Романом и Максимом не пригласили. Места мало, родственников Алексея целая толпа. Но после свадьбы зайдёте к нам, посидим, отметим!
Алиса молча кивнула, хотя Марина этого не видела. Она положила трубку и посмотрела на своё отражение в окне мастерской. Лицо было усталым, но в глазах появилась новая искра. Она больше не собиралась играть в эти игры. Пока она просто молчала, но внутри уже зрело решение.
***
Через неделю после свадьбы, на которую не пригласили Алису с мужем и сыном, Марина снова возникла на горизонте. Она ворвалась в мастерскую с красными глазами и голосом, дрожащим от паники. Алиса, занятая раскроем ткани, даже не удивилась. Марина без спектакля — это как свадьба без счёта за банкет.
— Алиса, выручай! — начала Марина, едва переступив порог. — Свадьба чуть не сорвалась, родня Алексея в последний момент отказалась платить свою долю. Мы с Иваном теперь в долгах по уши, а Лиза… — она запнулась, будто проглотила что-то горькое. — В общем, нужны деньги. Двести тысяч. Ты же можешь, я знаю!
Алиса отложила ножницы и посмотрела на Марину. Её невестка сидела на стуле, нервно сжимая сумку, но в её тоне не было ни капли стыда за прошлые обиды. Словно не она обещала «всё вернуть» за платье, словно не её дочь швырнула три тысячи за работу, которая стоила вдесятеро дороже.
— Марина, — начала Алиса, стараясь говорить спокойно, — я потратила на платье свои деньги. Вы не заплатили даже за ткань. На свадьбу нас не позвали, а теперь ты просишь двести тысяч? Серьёзно?
Марина выпрямилась, её лицо вспыхнуло обидой.
— И ты будешь мне это припоминать? — бросила она. — Я думала, мы семья! Платье, подумаешь, несколько тысяч! Неужели ты из-за этого кинешь родственников в беде?
Алиса почувствовала, как терпение, копившееся годами, лопается, как некачественный шов. Она хотела ответить, но тут в мастерскую вошёл Роман, её муж, который приехал забрать её после работы. Он молча выслушал тираду Марины, потом шагнул вперёд.
— Марина, хватит, — сказал он, его голос был твёрд, как бетон. — Ты получила платье, получила свадьбу. Теперь иди домой. И не возвращайся с такими просьбами.
Марина открыла рот, но, наткнувшись на взгляд Романа, только фыркнула и выскочила за дверь, хлопнув ею так, что задребезжали стёкла. Алиса посмотрела на мужа и улыбнулась.
Спустя пару недель Марина позвонила снова. Алиса уже не ждала ничего хорошего, но любопытство взяло верх.
— Алиса, умоляю, — голос Марины был на грани слёз. — Лиза с Алексеем спустили все подаренные деньги на тур в Турцию! А я ведь заняла деньги у соседки, и она теперь грозит судом. Дай хоть пятьдесят тысяч, иначе Иван меня просто придушит!
Алиса выслушала, но на этот раз не стала молчать. Она набрала номер брата Ивана и рассказала всё: про платье, про три тысячи, про звонки с просьбами о деньгах. Иван, обычно погружённый в свои дела, был ошарашен.
— Алиса, я понятия не имел, — сказал он. — Спасибо, что сказала. Я разберусь. Больше она тебя не побеспокоит.
На этом всё закончилось. Марина и Лиза пропали из жизни Алисы. Когда сын Алисы, Максим, закончил с отличием школу, она устроила небольшой семейный праздник. Стол накрыли дома, Роман открыл бутылку вина, Максим шутил про свои планы на университет. Ни Марина, ни Лиза не позвонили, не написали. Алиса смотрела на свою семью и понимала: иногда разрыв — это не потеря, а освобождение. Она вернулась к своей мастерской, к тканям, к клиентам, которые ценили её работу. И теперь её время принадлежит только ей.