"Гнев, богиня, воспой": Гомер – поэт или миф?
Троянская война – одно из самых знаменитых и эпических сказаний в истории человечества. Десятилетняя осада великого города Трои объединенным войском греков-ахейцев, подвиги Ахиллеса и Гектора, хитрость Одиссея и роковой Троянский конь, похищение прекрасной Елены и гнев богов Олимпа – эти образы, воспетые великим Гомером в его бессмертных поэмах "Илиада" и "Одиссея", на протяжении тысячелетий будоражили воображение поэтов, художников, полководцев и простых людей. Легенда о Трое стала неотъемлемой частью западной культуры, символом героической эпохи, великих страстей и трагической судьбы. Но была ли Троянская война на самом деле? Существовал ли сам Гомер? И насколько можно доверять его рассказам?
Вопрос об историчности гомеровского эпоса – так называемый "гомеровский вопрос" – волнует ученых уже не одно столетие. Традиционно считается, что Гомер был слепым поэтом-аэдом, жившим примерно в VIII веке до н. э., и именно он создал (или записал) две великие поэмы о событиях далекого прошлого. Однако уже в античности высказывались сомнения в существовании единого автора "Илиады" и "Одиссеи". Современная наука также не имеет однозначного ответа. Был ли Гомер реальной исторической личностью? Или это собирательный образ, имя, под которым скрывается целая традиция устного эпического творчества? Или же две поэмы были созданы разными авторами в разное время? Споры продолжаются.
Но даже если Гомер (или "гомеры") существовал и творил в VIII веке до н. э., остается главный вопрос: насколько его поэмы могут считаться надежным историческим источником о событиях, которые, согласно хронологии эпоса и археологическим данным, должны были происходить за 400-500 лет до него, в конце Бронзового века (примерно XIII-XII вв. до н. э.)? Огромный временной разрыв между предполагаемыми событиями и их эпическим описанием заставляет относиться к деталям гомеровского рассказа с большой осторожностью.
Безусловно, эпос сохранил отголоски реалий Микенской эпохи (Бронзового века Греции): упоминаются некоторые географические названия, имена героев, элементы вооружения (бронзовые мечи, щиты "во весь рост", шлемы с кабаньими клыками), практика использования боевых колесниц. Однако в поэмах Гомера присутствует и множество анахронизмов, деталей, характерных для более позднего времени – "темных веков" Греции или эпохи самого Гомера (VIII век до н. э.):
- Железо: Хотя действие происходит в Бронзовом веке, в поэмах часто упоминается железо, которое в ту эпоху было еще редким и дорогим металлом.
- Погребальные обряды: Гомер описывает кремацию героев (сожжение на погребальном костре), тогда как для Микенской эпохи были характерны захоронения в гробницах (шахтовых или купольных).
- Вооружение и тактика: Описание доспехов и тактики боя часто смешивает реалии разных эпох. Боевые колесницы у Гомера используются в основном как транспорт для доставки героев к месту поединка, а не как ударная сила, какой они были в Бронзовом веке.
- Социальное устройство: Описание общества, политических институтов, системы ценностей в поэмах во многом отражает реалии "темных веков" или архаической Греции, а не Микенской цивилизации с ее дворцовой бюрократией.
Кроме того, сам масштаб Троянской войны, описанный Гомером, вызывает большие сомнения у историков. Огромный греческий флот из более чем тысячи кораблей, стотысячная (110 000 по подсчетам исследователей) ахейская армия, способная десять лет осаждать мощную крепость, – все это кажется невероятным для уровня организации и ресурсов государств Бронзового века. Скорее всего, это эпическое преувеличение, характерное для героического эпоса.
Наконец, нельзя забывать и о мифологической составляющей. Боги Олимпа активно вмешиваются в ход войны, сражаются на стороне людей, вершат их судьбы. Это превращает "Илиаду" из исторической хроники в мифологическую драму.
Таким образом, "Илиада" и "Одиссея" – это гениальные литературные произведения, бесценные памятники культуры, но очень ненадежные исторические источники о конкретных событиях Троянской войны. Они отражают скорее мир и представления эпохи самого Гомера, наложившиеся на смутные воспоминания о героическом прошлом Бронзового века, передававшиеся через века устной традиции. Верить в буквальную историчность гомеровского эпоса – значит принимать поэтический вымысел за документальное свидетельство. Но именно эта вера и вдохновила одного человека на поиски, которые потрясли мир и навсегда изменили наши представления о Трое.
Одержимый мечтой: Генрих Шлиман и "открытие" Трои
Имя Генриха Шлимана (1822-1890) неразрывно связано с Троей. Этот немецкий коммерсант, сделавший состояние на торговле (в том числе и в России во время Крымской войны), был с детства одержим поэмами Гомера. Он верил в их историческую достоверность и мечтал найти легендарную Трою и сокровища царя Приама. В отличие от большинства ученых своего времени, считавших Трою мифом или помещавших ее в разные места, Шлиман был убежден, что реальная Троя находилась на холме Гиссарлык на северо-западе современной Турции, недалеко от пролива Дарданеллы.
Опираясь на описания Гомера и свои собственные расчеты, Шлиман, не имея профессионального археологического образования, но обладая огромной энергией, энтузиазмом и деньгами, в 1871 году начал раскопки на Гиссарлыке. Его методы были далеки от научных стандартов даже того времени, не говоря уже о современных. Одержимый идеей как можно скорее добраться до "гомеровского" слоя, он вел раскопки варварски, прорыв гигантский разрез ("траншею Шлимана") через весь холм, безжалостно уничтожая культурные слои более поздних эпох (римского, эллинистического, классического), которые казались ему неинтересными. Он нанимал сотни рабочих, которые трудились кирками и лопатами, не ведя тщательной фиксации находок и стратиграфии (последовательности слоев).
Несмотря на эти грубые методы, удача (или нечто иное?) сопутствовала Шлиману. Он обнаружил на Гиссарлыке руины древних поселений, остатки крепостных стен, керамику, оружие. А в мае 1873 года он сделал сенсационную находку, которая потрясла весь мир. В одном из раскопов, как он утверждал, у подножия большой стены (которую он немедленно объявил стеной Трои) он обнаружил огромный клад из золотых и серебряных предметов: диадемы, серьги, ожерелья, кубки, сосуды, оружие.
Шлиман немедленно объявил этот клад "Сокровищем Приама", легендарного царя Трои. Чтобы усилить эффект, он украсил свою молодую греческую жену Софию самыми эффектными предметами из клада (диадемой, ожерельями, серьгами) и сфотографировал ее в образе "Прекрасной Елены". Эти фотографии облетели газеты всего мира, вызвав фурор. Шлиман стал мировой знаменитостью, человеком, который "нашел Трою" и доказал историчность Гомера. Он тайно вывез "Сокровище Приама" из Османской империи (нарушив условия раскопок), что вызвало дипломатический скандал.
Продолжая свои поиски "гомеровского мира", Шлиман затем отправился в Грецию, где начал раскопки в Микенах (1876 год), древней столице Агамемнона, предводителя греков под Троей. И здесь его ждала новая сенсация: в шахтовых гробницах царского акрополя он обнаружил богатейшие захоронения с золотыми масками, оружием, украшениями. Одну из этих масок, изображавшую бородатого мужчину, он немедленно объявил "Маской Агамемнона".
Открытия Шлимана произвели огромное впечатление на публику и научный мир. Он пробудил интерес к археологии Бронзового века, доказал, что за легендами Гомера могут стоять реальные исторические события и цивилизации. Его энтузиазм, энергия, умение привлечь внимание прессы и общественности были бесспорны. Однако его методы работы, поспешные выводы и склонность к саморекламе с самого начала вызывали критику у профессиональных археологов. И дальнейшие исследования поставили под большое сомнение многие из его сенсационных заявлений.
Сокровища Приама или золото дураков? Археология против легенды
По мере развития археологической науки и продолжения раскопок на Гиссарлыке другими учеными (сначала помощниками и преемниками Шлимана – Вильгельмом Дёрпфельдом, затем американской экспедицией Карла Блегена в 1930-х годах, а в конце XX – начале XXI века – международной экспедицией под руководством Манфреда Корфмана и Эрнста Перники) картина прошлого Трои становилась все более сложной и противоречивой, а утверждения Шлимана – все более сомнительными.
Прежде всего, выяснилось, что холм Гиссарлык представляет собой многослойный памятник, содержащий остатки по меньшей мере девяти основных городов (Троя I – Троя IX), существовавших здесь последовательно на протяжении почти четырех тысячелетий – от Раннего Бронзового века (ок. 3000 г. до н. э.) до римской эпохи. Шлиман в своей погоне за "Троей Гомера" прорыл траншею сквозь все эти слои, нанеся непоправимый ущерб памятнику.
Главный удар по репутации Шлимана нанесло определение датировки "Сокровища Приама". Оказалось, что оно было найдено в слое Трои II (ок. 2600-2300 гг. до н. э.), который относится к Раннему Бронзовому веку. Это означает, что "сокровища" примерно на 1000 лет старше предполагаемого времени Троянской войны (XIII-XII вв. до н. э.) и никак не могли принадлежать царю Приаму! Шлиман нашел клад гораздо более древней цивилизации.
Какой же из слоев Гиссарлыка соответствует "Трое Гомера"? Большинство современных археологов связывают ее либо со слоем Троя VIh (Поздний Бронзовый век, разрушена около 1300-1250 гг. до н. э., но, скорее всего, землетрясением, а не войной), либо со слоем Троя VIIa (существовала около 1250-1180 гг. до н. э. и погибла в результате пожара и разрушения, которые могли быть следствием вражеского нападения и осады). Город Трои VI был довольно крупным и хорошо укрепленным поселением с мощными стенами и башнями, что отчасти соответствует описаниям Гомера. Троя VIIa была более скромной, возможно, перенаселенной беженцами, и ее гибель совпадает по времени с периодом "катастрофы Бронзового века" – эпохой массовых миграций, разрушений и упадка цивилизаций в Восточном Средиземноморье.
Однако даже в слоях Троя VI-VIIa нет прямых археологических подтверждений десятилетней осады огромной греческой армией, описанной Гомером. Масштабы города были значительными для своего времени, но не столь грандиозными, как в эпосе. Не найдено никаких следов огромного осадного лагеря греков. Количество найденного оружия не свидетельствует о битве эпических масштабов.
Под сомнение была поставлена и атрибуция "Маски Агамемнона" из Микен. Исследования показали, что она также относится к более раннему периоду (XVI век до н. э.), чем предполагаемое время жизни царя Агамемнона (XIII век до н. э.).
Кроме того, вскрылись и нелицеприятные факты о методах работы самого Шлимана. Его бывшие сотрудники и критики (например, британец Фрэнк Калверт, владевший частью холма Гиссарлык и указывавший Шлиману на это место) обвиняли его в небрежности, подтасовках, преувеличениях. Высказывались подозрения, что некоторые "сенсационные" находки (включая часть "Сокровища Приама") могли быть подброшены Шлиманом на раскоп, куплены у местных жителей или привезены из других мест. Его склонность к драматическим заявлениям и саморекламе часто шла в ущерб научной точности. Образ "бескорыстного энтузиаста", созданный им самим, оказался сильно подпорчен. Шлиман предстал скорее как авантюрист, "конкистадор от археологии", одержимый своей идеей и готовый на все ради ее подтверждения.
Троянский конь сомнений: что осталось от мифа?
Итак, что же остается от легенды о Троянской войне после критического анализа гомеровского эпоса и данных археологии? Картина вырисовывается следующая:
- Гомер не был историком в нашем понимании. Его поэмы – это великие произведения искусства, основанные на устной эпической традиции, но не документальная хроника.
- Масштабы Троянской войны, описанные Гомером (10 лет осады, 100-тысячная армия), являются эпическим преувеличением, не соответствующим реалиям Бронзового века.
- Причина войны – похищение Елены – скорее всего, мифологический сюжет, а не реальный исторический повод для общегреческого похода. Учитывая статус женщин в ту эпоху и логистические трудности, трудно представить, чтобы все греческие царства объединились ради мести за похищенную царицу и вели войну 10 лет вдали от дома (что оставило бы их собственные земли беззащитными).
- Троянский конь – знаменитая военная хитрость – скорее всего, поэтический вымысел или, возможно, метафорическое обозначение некоего осадного орудия (тарана?) или природного явления (землетрясения, разрушившего стены?). Математические расчеты показывают, что деревянный конь, способный вместить 40 воинов (как в легенде), должен был бы быть неправдоподобно огромным, а ворота Трои – гигантскими.
- Генрих Шлиман действительно нашел местоположение древней Трои на холме Гиссарлык, где существовало поселение на протяжении тысячелетий. Однако его методы раскопок были разрушительными, а его интерпретации находок – часто ошибочными и преувеличенными. "Сокровище Приама" и "Маска Агамемнона" не принадлежали этим гомеровским героям.
- Археологические данные подтверждают существование в Позднем Бронзовом веке (XIII-XII вв. до н. э.) на месте Гиссарлыка укрепленного города (Троя VI или VIIa), который погиб в результате катастрофы (землетрясения или пожара/войны). Возможно, именно реальные конфликты, происходившие в этом стратегически важном регионе (у входа в Дарданеллы, на стыке Европы и Азии) за контроль над торговыми путями или ресурсами, и послужили исторической основой для легенды о Троянской войне. Хеттские тексты того времени упоминают государство Вилуса (Wilusa) на западе Малой Азии, которое некоторые ученые отождествляют с Илионом (Троей), и говорят о конфликтах в этом регионе.
- Эти реальные события, произошедшие в конце Бронзового века, были преображены и мифологизированы в ходе многовековой устной эпической традиции, а затем гениально обработаны Гомером (или "гомерами") в VIII веке до н. э., в совершенно иную историческую эпоху.
Таким образом, Троянская война в том виде, в каком она описана Гомером, скорее всего, никогда не происходила. Однако это не умаляет огромного культурного значения этого мифа. Легенда о Трое – это вечный рассказ о героизме и предательстве, о любви и ненависти, о славе и забвении, о столкновении цивилизаций и о трагической судьбе человека перед лицом рока и воли богов. Образы Ахиллеса, Гектора, Одиссея, Елены, Приама стали архетипами мировой культуры.
А история Генриха Шлимана – это увлекательный роман о человеке, одержимом мечтой, который силой своей веры и энергии заставил мир поверить в реальность гомеровской Трои. Пусть его методы были спорными, а выводы – часто ошибочными, но именно он открыл для науки целый мир Эгейской цивилизации Бронзового века и навсегда вписал свое имя в историю археологии. Его наследие так же противоречиво, как и сама легенда о Трое, которую он так страстно пытался доказать. Троя Гомера, возможно, так и останется мифом, но Троя Шлимана – холм Гиссарлык с его девятью слоями – стала неоспоримой реальностью, открывшей нам окно в далекое прошлое.