Субстанция (The Substance) определенно самый обсуждаемый фильм этой осени, разделивший людей на тех, кому он безумно понравился и тех, кому он, мягко говоря, абсолютно не понравился.
«Субстанция» это история о пятидесятилетней звезде Голливуда, Элизабет Спаркл (Sparkle – говорящая фамилия), в исполнении Деми Мур, чья карьера по мере старения скатилась от премии Оскар и звезды на Аллеи славы до ведения утреннего фитнес-шоу, а потом и до увольнения с него. В отчаянии она решается вернуть себе молодость с помощью инъекции препарата под названием «Субстанция» и получает лучшую версию себя.
Вопрос: стоит или нет тратить больше двух часов своей жизни на просмотр этого фильма?
Я долго сомневалась, раздумывала и не решалась его посмотреть. В большей степени меня смущали не негативные отзывы, а то, что это вроде как фильм ужасов. Ужасы – это один из немногих жанров, который я намеренно избегаю как в кино, так и в литературе. Всё пугающее и неприятное не доставляет мне никакого удовольствия. А в отголосках отзывов, которые до меня отовсюду долетали превалировали такие определения фильма, как «мерзкий», «кровавый» и все в таком духе, и к тому же еще и «бессмысленный».
И я уже вроде как смирилась, что «Субстанция», как и все фильмы ужасов, пройдет мимо меня.
Но несколько моих друзей после просмотра сказали, что фильм им понравился и что он вовсе не страшный, а скорее даже смешной.
Я присмотрелась и обнаружила, что у фильма «Субстанция» спектр жанров шире, т.е. помимо драмы и хоррора, это еще и черная комедия. Это оказалось очень важным и существенным уточнением.
Но окончательно подтолкнул к просмотру меня Набоков. Да-да, мой литературный крашик Владимир Набоков. Когда мне в очередной раз встретилось его, на мой взгляд, самое исчерпывающее и точное определение искусства:
«Искусство – божественная игра. Эти два элемента – божественность и игра – равноценны. Оно божественно, ибо оно приближает человека к Богу, делая из него истинного полноправного творца. При всем том искусство – игра, поскольку оно остается искусством лишь до тех пор, пока мы помним, что в конце концов это всего лишь вымысел, что актеров на сцене не убивают, иными словами, пока ужас или отвращение не мешают нам верить, что мы, читатели или зрители, участвуем в искусной и захватывающей игре».
И я расценила так, если «Субстанция» действительно подлинное произведение искусства, а на это весьма красноречиво намекает победа фильма на Каннском кинофестивале в номинации «Лучший сценарий» (а сценарий написала режиссер этого фильма Корали Фаржа), и общественный резонанс, вызванный фильмом, то все будет оправданным, каким бы мерзким или устрашающим оно ни было.
В итоге я посмотрела «Субстанцию» на одном дыхании, не заметив, как пролетели два часа, фильм захватил меня. Я в абсолютном восторге.
В очередной раз пришла к выводу, что лучше посмотреть самому и составить свое собственное мнение, а не полагаться на чье-то там, будь то зрители или критики.
Никакой это не фильм ужасов! Точнее этот фильм настолько же фильм ужасов, как «Смерть ей к лицу».
На самом деле это драмеди. Драма о проблеме непринятия себя под давлением, сложившихся в обществе стереотипов и стандартов красоты, навязанных массовой культурой. Эта проблема знакома в той или иной степени всем людям, но в особенности женщинам и тем людям, чья жизнь связана с интертейментом. И эта драма подана под соусом черного юмора, с элементами гротеска и фарса. Т.е. всё происходящее гиперболизировано, метафорично и аллегорично. Поэтому в фильме нет ничего страшного и пугающего, кроме проблематики, заложенной в его основе.
Я не знаю, насколько этот фильм может быть близок и понятен мужчинам, но вот каждая женщина в какой-либо степени, несомненно, сталкивалась и переживала то, о чём говорится в фильме.
Кто из девушек хоть раз в жизни не истязал себя диетой, тренировками, не делал эпиляцию и т.д. и т.д. Кто из девушек хоть раз не задавался вопросом: почему нельзя просто позволить себе быть собой, перестать бесконечно пытаться соответствовать завышенным стандартам красоты, навязанным массовой культурой?
Конечно проявление эйджизма и фэтшейминга в современном мире это верный признак ограниченности и бескультурности. Но по факту, хоть мы и признаем, что женщина не обязана ограничивать себя в питании, и может весить столько угодно килограмм, хоть 100, хоть 150 это ее право, но при этом, чтобы считаться «красивой девочкой» она не должна весить больше 50 килограмм (если только ее рост не выше 175 см). Так же каждая женщина вправе решать удалять или нет ей волосы на теле, она может хоть косы подмышками заплетать, но у «красивых девочек» волос на теле быть не должно. Волосы на голове у женщины могут быть любой длины, как ей нравится и как ей удобно, она может хоть обрить голову налысо, но у «красивых девочек» волосы должны быть длинными (от 60 см). И так во всем. А еще «красивые девочки» должны быть молодыми, не старше 30 лет и «красивые девочки» всегда должны улыбаться. (Pretty girls should always smile.)
И каждая девушка задается вопросом, а хочет ли она быть «красивой девочкой»? Если да, то перечень параметров и требований известен, просто соответствуй. Вот тут то и открывается ящик Пандоры. Жизнь это игра, не проиграй ту игру, в которую играешь. И всё в конечном итоге сводиться к тому, что девушки буквально стесняться того, что они живые, а не манекен из пластика, что их кожа естественно имеет какие-то неровности тона, вены и капилляры. Многие молодые и красивые девушки сейчас не могут выложить свое фото или видео без фильтров, превращающих их лицо в маску.
За каждое несоответствие стандартам «красивой девочки» девушки начинают себя ненавидеть и готовы вредить себе: морить себя голодом, лишая организм питательных веществ, истязать себя тренировками, делать пластические операции и инъекции, принимать опасные для здоровья препараты. Всё что угодно лишь бы соответствовать. Т.е. буквально человек начинает воевать с собой. Буквально уничтожая себя.
Меня особенно зацепила сцена, когда Сью избивала-добивала-убивала Элизабет. Сью била и била пока всё ее лицо не покрылось брызгами крови Элизабет. Вот именно так многие измываются над собой, забывая, что ты – это все, что у тебя есть. Фильм ударяет по голове и как бы говорит: «Прекрати! (Stop it!) Прекрати над собой издеваться! Прими себя, позволь себе быть такой, какая ты есть! Цени себя! Какая тебе разница полюбят «они» тебя или нет, если ты сама себя не любишь?». Элизабет, кстати, постоянно повторяет это «Прекрати, прекрати, прекрати, прекрати, прекрати». (Stop it, stop it, stop it, stop it, stop it.)
У всех эта война проявляется в разной степени, но знакома она почти всем женщинам. Так же как и разделение себя на две личности, та парадная версия себя, максимально соответствующая стандартам и требованиям, которые нравится большинству и настоящая версия себя со всеми своими слабостями, недостатками и несовершенствами, которая нравится тем, кто тебя любит.
Вот этот психологический момент очень хорошо показан в фильме, Элизабет не особо волнует, что бывший одноклассник до сих пор считает, что она «ничуть не изменилась» и «все еще самая красивая девушка во всем мире», ее больше заботит мнение продюсера, который относится к ней как к куску мяса.
Ведь Элизабет одинока, у нет любимого человека, нет детей и судя по всему нет близких друзей. Она всю себя посвятила карьере, и все, что у нее есть это зрители, поэтому ей так страшно их потерять.
Недавно мне встретилась очень милая пожилая пара, они шли под ручку и увлеченно беседовали. И это заставило меня задуматься над тем, что в молодости люди так много внимания обращают на внешность другого человека, а не на его внутренний мир, а ведь красота и молодость проходят, и что будет с теми, кто искал не свою родственную душу, а просто красивого внешне человека? Будет о чем поговорить в старости с таким человеком?
В фильме подчеркнуто разделение человека на две версии себя тем, что в самом начале эксперимента у Элизабет и Сью общее сознание, а потом Сью появляется свое.
Меня немного озадачило, что у Элизабет и Сью не общее сознание. Какой смысл Элизабет было продолжать эксперимент, если она не наслаждалась молодым телом и красотой, а все время валялась без сознания на кафельном полу? Вот если бы она неделю со своим сознанием была в теле молодой и привлекательной Сью, чувствовала на себе восхищенные взгляды, то было бы понятно, что со временем ей будет не достаточно недели, и она начнет злоупотреблять. А так получается, что Элизабет о том, что делала ее молодая версия, узнавала только опосля. Это больше похоже на взаимоотношения матери и дочери. Мать испытывает зависть к красоте и молодости дочери, а дочери противно от того, что мать занимает свой досуг бесконтрольным поглощением вредной пищи и просмотром телевизора. Хотя у самой досуг заполнен вечеринками и случайными связями.
Этот конфликт поколений напоминает фильм «Реквием по мечте», когда герой поражался, что его мать целыми днями смотрит телевизор, а сам употреблял запрещенные вещества. И финальная сцена, когда монстр Элизабет-Сью идет на съемки в голубом платье напомнила сцену из «Реквиема», когда мать главного героя бежит на студию в красном платье.
И вся это непростая и болезненная тема фильма с принятием себя подана с превосходным юмором, что только усиливает и подчеркивает весь ужас и всю абсурдность проблемы: ненавидеть себя из-за того, что живой и потому не соответствуешь навязанным стереотипам о том, как должны выглядеть «красивые девочки», чтобы нравится другим.
Самая смешная сцена, когда Элизабет готовит блюда из книги рецептов французской кухни, которую ей подарил продюсер в честь ее увольнения (we got you just a little something to keep you busy). А параллельно смотрит интервью Сью, где Сью постоянно подчеркивает, что хоть ее сравнивают с Элизабет, но она красива, молода и актуальна сейчас, а Элизабет с ее фитнесом Юрского периода давно в прошлом. Особенно понравился момент, когда Элизабет размешивает миксером невероятное количество яиц и брызги разлетаются во все стороны. Кстати, если подумать, то это наверняка некий символ, как и желтое пальто, учитывая общую связь субстанции с желтками и финальным бесконтрольным делением клеток.
Ну и конечно сцена, когда главная героиня, ставшая монстром, собирается и наряжается, украшает себя серьгами и накручивает прядь волос на плойку, особенно выражение лица, когда она увидела, то часть волос осталась на плойке. Это потрясающе. Зато теперь она успокоилась, теперь ей не нужно соответствовать. Сгорел сарай, гори и хата, как говорится.
И в финале отсутствие тела освобождает от необходимости подгонять его под стандарты, героиня наконец-то полностью обретает покой и удовлетворение полученной ранее славой.