Мы понимаем «правила игры» в драматическом театре, на балете, в опере. Когда есть привычный нам зрительный зал, сцена и артисты на ней. Можно сказать, что мы в этом прекрасно освоились - после третьего звонка в зал не заходим, телефоны перед началом спектакля выключаем, бутерброд с икрой едим в буфете.
Но когда удобный, теплый зал сменяется на улицу, декорации, например, на настоящий Макдоналдс, а мы все - участники спектакля и актеры с нами взаимодействуют, то тут не понятно ничего и это пугает.
Под «мы» имеются в виду зрители в театре, кто не «щелкает» театральные термины, как театроведы, режиссеры и мы - это Аня и Настя, ведущие подкаста о театре «Бельэтаж это где?».
Для этой статьи мы поговорили с Кириллом Люкевичем про иммерсивный театр. Расспросили его об уличном спектакле про граффити «4elovekvmaske», который Кирилл сделал со стрит-арт художником Ником Касьяненко.
А также узнали, как попасть на спектакль в Макдональдсе и что дает иммерсивный театр зрителям, что никогда не сможет дать театр, в привычном его виде.
Кирилл Люкевич - театральный режиссер, педагог, один из основателей самого маленького театра «Блоха».
В 2020 году вместе с художником Ником Касьяненко создал спектакль - экскурсию «4elovekvmaske». Этот спектакль рассказывает о граффити в Петербурге и об уличных художниках. Зрители вместе с главным героем (Ником) проходили маршрут по заброшкам и гаражам города, где могли посмотреть рисунки и узнать о мире граффити то, чего нет в интернете.
Настя: Кирилл, как ты думаешь, что такое иммерсивный театр?
Кирилл: На все вопросы буду отвечать с точки зрения практика, нежели теоретика. И человека, который использует эти инструменты, нежели подробно разбирается в терминологии. Иммерсивный театр - это когда зрители становятся непосредственно участниками, прямыми участниками того, что происходит не на сцене. Это происходит обычно в каких-то сайт-специфических пространствах.
Получается, что это театр, который происходит не в классическом блэкбоксе, не в классической рассадке, когда зрители сидят, а актеры на сцене, одни смотрят, другие играют.
Аня: То есть это театр, который может быть везде, кроме как на сценической коробке?
Кирилл: Да, но тут есть очень важный критерий, что это заточено под определенное место, и этот спектакль может быть реализован только там . Так, например, было в спектакле «4elovekvmaske». Это была прогулка с граффитистом по андеграундному Петербургу. И чем выставлять сценографию из кирпичной стены, рисовать на ней граффити, нам показалось, что идти по городу и пользоваться теми надписями, которые есть уже на улице, теми граффитистами, которые уже рисовали что-то, проходить по тем маршрутам, по которым идет этот человек, это выгоднее, чем запихивать это все в сценическую коробку. Зачем, когда все это есть на улице? И в данном случае для исследования этой темы нам показалось, что легче переместиться туда вместе со зрителем, нежели все это впихивать в театр.
Настя: Как ты считаешь, в какой момент случилась вот эта точка, когда людям в театре стало интересно выходить из его привычных границ и что-то придумывать вне этого пространства?
Кирилл: Если говорить про историю, это достаточно давно происходит. Эйзенштейн ставил спектакли на заводе. Первые специфик постановки начались с Америки, там была история про то, что аренда театральной площадки это очень дорого. Поэтому театральная труппа организовала рыбный, по-моему, рыбный склад и начала там играть спектакли.
Или, например, Треплев пишет в «Чайке» о том, что вот сейчас Нина, она вот-вот опоздает, а надо начать вовремя, потому что Луна будет в определенной фазе.
Аня: Прямо ландшафтный театр.
Кирилл: И ему (Треплеву) очень был важен этот ракурс, очень важна была эта сценография, что это озеро и что Луна будет в определенной фазе. То есть как раз-таки Треплев ставил сайт специфический спектакль . Это описано у Чехова. То есть это на самом деле произошло достаточно давно.
Аня: Вот мы сейчас разобрались, когда это произошло. Но это до сих пор всех так поражает. Хотя, ну, можно уже сказать, что, в общем, это нормальный такой театр, он тоже может существовать. Окей.
Кирилл: Тут самое крутое, мне кажется, когда возникает зона. По крайней мере, когда мы пользуемся каким-то таким инструментарием, мы стараемся идти не из соображений: «А чем бы так удивить зрителя? А что бы такое еще придумать? А куда бы сходить, куда не ходили?». Нет, все последовательно, от идей. Вот, например, у нас система граффити. Давай, на какую тему мы будем делать этот спектакль?
Ты граффитист. Давай, расскажи нам какие-нибудь истории. То есть отсюда это документальный материал, за собой свидетельский, потому что актер, он же является свидетелем того, о чем рассказывает.
То есть документальный свидетельский театр, да? И дальше возник вопрос. И как мы это реализуем? И стало понятно, что это очень крутой экспириенс, когда ты с каким-то чуваком идешь куда-то и ты не понимаешь, куда он тебя ведет.
Ты как бы в данном случае становишься его спутником, а он твоим проводником. И не все, что вы делаете, это легально.
Вот этот экспириенс очень важный для того, чтобы понимать, что такое граффити. И для того, чтобы поговорить на эту тему легальности, нелегальности, вообще, что такое художник, что такое уличный художник, что такое искусство, а зачем люди портят стены. На все эти вопросы без этого экспириенса невозможно ответить. И отсюда мы вышли в то, что это будет спектакль-прогулка по городу с шестью людьми.
Настя: А когда ты начал заниматься вот таким театром?
Кирилл: Первым спектаклем был «4elovekvmaske». Я был студентом, учился на режиссуре, и у моего мастера Сергея Черкасского параллельно был актерский курс. Я узнал, что на актерском курсе учится актер и он рисует граффити. Мне стало интересно, а что такое граффити? Мы все знаем граффити, типа пачкание стен.
Ну, вот это классическое про граффити, что это то, о чем бабушки говорят: «Зачем они это пишут?». Имя Вася, Женя, Петя, «Я тут был». Я хотел рассказать именно про такое, не про Бэнкси. Условно говоря, я знаю, есть Бэнкси, и есть вот это «пачкание стен».
И вот я с этим знанием пришел к этому актеру - граффитисту, к Нику Касьяненко и говорю: «Расскажи, как это устроено? Это вот так-так?». А он говорит: «Не-не-не. Тут все немного по-другому. Это вот так, а я рисую поэтому-поэтому». Я говорю, давай попробуем сделать спект на эту тему. Потому что то, что знаешь ты, про это не знает никто, ты хранитель какого-то очень-очень важного опыта.
Аня: То есть этот спектакль ты придумал ещё учась и сделал ещё учась?
Кирилл: Да, да, мы как раз с Никитой оба выпускались и сделали этот спектакль.
Аня: Обычному зрителю кажутся сложными все эти слова «иммерсивный театр». Потому что ты как будто не можешь себе разграничить, что есть что.
Кирилл: Да, это очень пугает. Например, спектакль «4elovekvmaske» в ущерб сложному неймингу назван спектакль-экскурсия. Хотя можно сказать сказать, что это свидетельский, документальный, специфический спектакль-променад. Но мы назвали спектакль-экскурсия. Это понятно и тут у зрителя нет вопросов. Для тех, кто никогда не был в театре или не готов к такому экспириенсу, то для них это экскурсия. Для них это рассказ про граффити в Петербурге.
Кирилл: И да, было очень много примеров, когда люди говорили нам после спектакля: «Вау, а это что, театр, что ли, был? Блин, я последний раз был в школе, это была какая-то жесть», «А вы, может, еще что-нибудь можете такое сказать, чтобы вот так же?».
Аня: А кто-то все равно может не пойти, ему может показаться название «спектакль-экскурсия» слишком простым. Например, я бы именно так подумала.
Кирилл: Пробуйте, не бойтесь, ходите в театр, в разные театры. Может быть, это то самое, что вам безумно понравится, и то, что вас поразит, шокирует, вдохновит на что-то. Поэтому ходите на совершенно разные спектакли.
Аня: Были ли какие-то организационные сложности у спектакля «4elovekvmaske»?
Кирилл: В этом смысле пространство само подкидывает какие-то такие необычные вещи. Например, идём мы по гаражам, и тут наш главный герой рассказывает про поезд. Что есть такие поезда и граффитисты иногда рисуют на поездах. Это называется либо холл-трейн, либо холл-кар. Холл-трейн — это целый поезд, холл-кар — это целый вагон. В начале спектакля мы выдавали словарики зрителям с этим сленгом и они такие «Ага!».
Кирилл: И наш главный герой про это рассказывает, мы идем вдоль Витебского вокзала по гаражам. И в этот момент мимо нас проезжает поезд расписанный граффити.
Настя: Круто!
Кирилл: И у зрителя тут шок, потому что он не понимает, это мы так время высчитали, это мы так с кем-то договорились? Такие вещи пространство подкидывает каждый раз. Можно сказать, что это как на сцене, только тут все само. На сцене же все стерильно, там даже кошка не пробежит.
Настя: Да, мне кажется, поэтому это еще круче. Вот если бы ты такое увидел на сцене, то подумал, что: «ну вот, да, они репетировали, они им сказали, вот сейчас, когда он скажет это слово, там погаснет свет и поедет поезд».
Аня: А были какие-нибудь такие случаи когда у вас во время спектакля что-то пошло не так со стороны зрителя?
Кирилл: Была другая ситуация. Когда во время спектакля мы ходим по маршруту, то мы не внедряемся в него. В том смысле, что мы ничего дополнительно не рисуем, а пользуемся только тем, что там есть. Прокладываем маршрут исходя из тех граффити, что нашли. И в один момент, спустя полгода после спектакля, Никита (главный герой спектакля) сходил нарисовал граффити в одном месте. И на следующий спектакль, мы идем в том месте, где он рисовал, а там поставили забор. И нам, где мы обычно ходим, уже не пройти, пришлось перелезать.
Аня: А как зрителям к такому подготовиться?
Кирилл: Это большой вопрос, потому что мне кажется, что зритель, конечно, должен быть готов, потому что ему надо будет через что-то перелезать, ему надо быть не на каблуках. Когда к нам записывались на спектакль, то мы присылали зрителям отдельный файл, где предупреждали заранее о том, что они становятся участниками такого-то спектакля. Что им нужна удобная одежда, что может пойти дождь и спектакль от этого не отменится. Поэтому вы готовьтесь надевать свои галоши, брать зонтики, мы пойдем даже в дождь.
И вот так обо всех нюансах мы проговаривали перед тем, как вступить в зону спектакля. И потом зритель приходил в заявленное место, и там уже начался спектакль.
Премьера спектакля Кирилла Люкевича и Ника Касьяненко состоялась 7 июня 2020 года. Зрители могли записаться на спектакль в директ аккаунта 4elovekvmaske. Вы и сейчас можете зайти в него, чтобы посмотреть еще больше фото со спектакля и локаций граффити Петербурга, где проходили зрители.
После спектакля «4elovekvmaske» Кирилл Люкевич сделал спектакль в Макдональдсе для проекта «Театр быта». Читайте ниже об этом.
Кирилл: Дальше был спектакль в Макдональдсе, аудиоспектакль в Макдональдсе. Макдоналдс сейчас закрыт.
Аня: Да, как это сказать теперь? Спектакль во «Вкусно и точка»?
Кирилл: Это другой спектакль. У нас был спектакль сделанный именно в Макдональдсе. Ко мне пришёл Никита Славич. Это театральный продюсер, театральный режиссёр. Очень хороший человек, мой приятель.
Он придумал такой проект «Театр быта». В его основе лежит то, чтобы сделать сайт-специфик театр, аудио сайт-специфик театр очень доступным. Это подкаст, только в этом подкасте лежат аудиоспектакли. Каждый спектакль делает новая абсолютно новая команда, от художника, саунд-дизайнера, режиссера, актеров, на свою тему, в своем месте.
Кирилл: Вначале подкаст начинается так: «Привет, я Никита Славич и этот спектакль, там, к примеру, в Макдональдсе, и вам для этого надо прийти в Макдональдс, сделать заказ, сесть, и после этого нажать на «Плей».
Вот по такому принципу сделаны девять спектаклей. Они доступны, они лежат на всех подкаст-платформах, любой человек может зайти и послушать. Подкаст называется «Театр быта».
Там есть спектакль в Макдональдсе, спектакль в супермаркете, спектакль в подъезде, спектакль в магазине игрушек, спектакль - прогулка, спектакль во сне, спектакль в ванной. И они все очень заточены под то место, в котором все происходит. Это одно из важных правил. Поэтому я и говорю, что вот сейчас есть «Вкусно и точка», а Макдональдса уже не существует. Наш спектакль для прослушивания в Макдональдсе.
Настя: Мы перешли на аудиоспектакли. Это аудиоспектакли и при этом это тоже сайт-специфик спектакли?
Кирилл: Да. Как маленький спойлер, мы же понимаем, что любое пространство, оно существует по определенным законам. Продуктовый магазин, там есть определенные правила игры, у нас там люди ходят с тележками, у нас есть определенные звуки, у нас есть определенная эстетика этого пространства, которая не схожа ни с чем другим.
Она отличается от двора жилого дома. Задействуя весь этот инструментарий, который нам дает пространство, не отрицая его, а максимально беря в себе, в союзники, в партнеры, возникает вот этот стык. Получается театр.
Надеемся, что эта статья помогла сбавить градус напряжения от слов «иммерсивный театр» и вы, изучая, театральную афишу города теперь решитесь на эксперименты. В любом случае, не забывайте, что каким бы пугающим и непонятным не оставался иммерсивный театр - это всегда незабываемый зрительский опыт, не лишайте себя этого.
К тому же, как Кирилл рассказал нам, иммерсивный театр - это не сложно. Нужно лишь быть готовым променять мягкое, красивое кресло в зале на впечатления. Считаем, это достойный обмен.
Были ли вы участником/ зрителем иммерсивного театра? Расскажите нам.
А еще переходите на сайт самого маленького театра «Блоха»
Слушайте спектакли «Театра быта» и полную версию выпуска про иммерсивный театр нашего подкаста «Бельэтаж это где?»
и до встречи в «Бельэтаже!»