Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
По волнам памяти

ФИЛЬМОСКОП

Владимир Петрович приоткрыл глаза, вспомнил, что спит сегодня не дома. Сын с женой уехали вчера, в Зеленоград.Вернутся только сегодня к концу дня, попросили присмотреть за внуком. Петрович встал с постели и, стараясь не шоркать тапками, прошел в зал, где в детской кроватке безмятежно спал внук Вадимка. Поправив одеялко, вернулся на кухню, где ночевал в углу на диване под большим окном. На дворе был апрель месяц, светало, набирала силу весна. Открыл форточку и прилёг, решив ещё доспать, чтобы не разбудить ребёнка, вспомнив, что легли они спать поздновато накануне вечером. Вадимка всё хотел отыграться, но дед упорно выбрасывал двенадцать на двух кубиках, отрываясь вперёд своими фишками. Также и сын, вспоминал Петрович, до слез не любил проигрывать ему в шахматы, что, в общем-то, и заставил его к 7−8 годам перестать вовсе проигрывать отцу. Кухня постепенно заполнялась свежим весенним воздухом, сон стал одолевать его, унося в воспоминания. Петрович попытался поймать некую связную идею

Владимир Петрович приоткрыл глаза, вспомнил, что спит сегодня не дома. Сын с женой уехали вчера, в Зеленоград.Вернутся только сегодня к концу дня, попросили присмотреть за внуком. Петрович встал с постели и, стараясь не шоркать тапками, прошел в зал, где в детской кроватке безмятежно спал внук Вадимка. Поправив одеялко, вернулся на кухню, где ночевал в углу на диване под большим окном.

На дворе был апрель месяц, светало, набирала силу весна. Открыл форточку и прилёг, решив ещё доспать, чтобы не разбудить ребёнка, вспомнив, что легли они спать поздновато накануне вечером. Вадимка всё хотел отыграться, но дед упорно выбрасывал двенадцать на двух кубиках, отрываясь вперёд своими фишками. Также и сын, вспоминал Петрович, до слез не любил проигрывать ему в шахматы, что, в общем-то, и заставил его к 7−8 годам перестать вовсе проигрывать отцу.

Кухня постепенно заполнялась свежим весенним воздухом, сон стал одолевать его, унося в воспоминания. Петрович попытался поймать некую связную идею будущего сна, что ему иной раз удавалось. Но все темы и обрывки воспоминаний ускользали, становились менее значимыми по сравнению с какой-то более важной и беспокойной мыслью. Только какой?Вот это и не удавалось никак понять ему...

В этот момент помещение стало наполняться нарастающим звуком приближающегося поезда. В нескольких сотнях метров от дома была платформа пригородных поездов и маневровые или пассажирские поезда при приближении обозначали себя протяжным гудком.Так случилось и на сей раз. Петрович встал, закрыл форточку, пошел опять посмотреть внука, закрыл двери в зал, потом на кухню и поставил чайник. Сон был окончательно нарушен, но мысль о каком-то нерешенном вопросе в этом утреннем не то сне, не то забытье осталась. Убрал постель, застелил диван и прилег в ожидании сигнала от чайника. Теперь уже, при освободившемся от пелены сна сознании, он стал лучше понимать, что беспокоивший его вопрос был более общим и глобальным, чем воспоминания о каких-то коротких конкретных событиях.Кажется, что-то начинало проясняться...

И вот, ухватив теперь эту тему крепко за хвост, Петрович налил себе чайку покрепче, решив, в тишине, наедине сам с собой ,разобраться, наконец, с этим беспокоившим его вопросом. Это и не удавалось ему никак до сих пор сделать, из-за нескончаемой череды дел, как на работе, так и после нее.

Проблема эта, которую ухватил за хвост окончательно пробудившийся от сна Петрович, была с большой бородой и накапливалась годами. Через два с небольшим месяца наступала дата его 55-летнего юбилея. Время подведения итогов, размышлял он. Деревьев много посадил, квартир много поменял, вспоминал Петрович. Множество переездов, ремонтов.Дом на даче построил. Два сына уже взрослых есть. На работе все хорошо, уважают. Так размышлял Петрович о жизненном пути с точки зрения принятых оценок,по известной прибаутке.

На работе надо будет стол накрыть , собрать коллег, как принято отметить. Потом с родней, конечно, тоже, в ближайший выходной в деревне соберемся, благо лето уже будет, прикидывал он. Матушка не приедет, возраст уже, да и дорога дальняя. Общался с ней недавно по телефону. Отец... Вот тут-то и была загвоздка... Тут и был вопрос, который висел годами, да все откладывался каждый раз, на потом.


С отцом не общались давно, уже больше 20 лет, прикидывал Петрович.Жил он недалеко, в столице. Хотя приезжал в начале 80-х годов по работе к ним в город. Заходил, посидели, поговорили...больше потом и не виделись.Петрович потом и сам с семьей переехал в Подмосковье. Все так и собирался зайти к отцу, мать и адрес давала его новый, куда он переехал. Да всё так и откладывал каждый раз.Да и работы было много, разъездной. И так редко дома бывал. Да, честно говоря, особо и не тянуло. У отца была другая семья уже давно.

Когда родители развелись, было ему 14 лет.Мать тогда не приветствовала никакого общения с ним. Они, конечно, были с сестрой, на мамкиной  стороне полностью. Потом ,лет через 5−6 она уже остыла, но общаться уже особо и не хотелось. Отец жил в столице, особо про них не вспоминал.

Но теперь, когда прошло много времени с тех пор, Петрович, вспоминая эту историю уже как человек взрослый, все чаще стал размышлять, правильно ли это, что они не общаются с отцом и кто из них должен сделать первый шаг, чтобы возобновить общение. Вот эти мысли периодически и возникали у него в голове, и лишь очень большая загруженность по работе не позволяла ему сосредоточиться найти решение этого вопроса, подспудно понимая, что нынешнее положение вещей, конечно, не является правильным.

Попив чайку, Петрович вернулся на диван, положив под голову побольше подушек, устроился поудобнее и стал вспоминать.


До школы еще, когда был маленьким, больше жил он в деревне у бабушки и дедушки. На соседней улице жил там один очень неприятный тип. Был он лет на 4−5 постарше его.Звали его Ленька. Жил он в крайней избе. И дорога в центр села, где был магазин, проходила как раз мимо его дома,вспоминал Петрович.И каждый раз выскакивал он со двора на дорогу, вставал на его пути, доставал из кармана перочинный ножик, открывал его и говорил:"Сейчас я тебе ухо отрежу!" Приходилось убегать по дальнему кругу, чтобы избавиться от этого злодея.И так, каждый поход в магазин превращался в испытание...

И вот, как-то отец приехал с мамкой в деревню, проведать его, Дедушка и рассказал ему, что, мол, сын твой боится ходить в магазин, потому что там его пугает пацан один, Ленька звать. Петрович, показал отцу, где он живет, когда как-то раз пошли они вместе в магазин.

Увидев Леньку возле дома, отец позвал его, а тот бросился наутёк, в кусты, что вдоль ручья росли. Отец занимался футболом с детства, бегал очень быстро.Далеко Лёнька не ушёл, через несколько минут отец вернулся из кустов, под мышкой таща Лёньку к его дому, позвал мать его и вручил ей дрожащего сына, рассказав, в чём дело, и сказал, что ножик он отобрал у него и выбросил в ручей в кустах, где поймал Леньку. Впредь , увидев, как Петрович шел мимо двора,он даже нос не высовывал на улицу.
Потом стал вспоминать дальше про отца... Вспомнил,как он брал его с собой на матчи футбольные.На работе у него была команда ,и дома лежала настоящая форма,гетры,бутсы кожаные, с большими шипами на подошве...По выходным иногда ходили погонять мяч на соседнем пустыре,где была пара футбольных ворот,сколоченных из бревен...

Отец его болел за московское"Динамо",что и не удивительно...В годы его детства и юности команда была одним из лидеров советского футбола..Чего стоит только одно турне в Англию,осенью 1945 года...В начале 60-х годов,вспоминал Петрович телевизоры были редко у кого...Они с отцом ходили к его товарищу иногда,он жил неподалеку.А чаще слушали дома, по радио репортажи Вадима Синявского.Жили они тогда в Кишинёве, куда отца отправили по распределению, после окончания московского института.

Дальше память унесла Петровича в один пригожий весенний денек,а именно, 11 апреля !964 года...И был он тогда никакой не Петрович,а ученик 1-го класса Володя.В тот день на Республиканском стадионе местная кишиневская команда"Молдова"принимала московское" Динамо". В конце марта стартовало очередное 26-е первенство СССР по футболу.Футбольное действо произвело на него неизгладимое впечатление!Впервые,вживую увидеть настоящих футболистов...Впечатлений от матча было много,время его пролетело стремительно...Финальный свисток,игра окончена... Табло,которое тогда стояло на восточной трибуне и управлялось с грохотом вручную ,показывало две большие черные цифры :0-3,победа гостей.Сидели они с отцом в тот день на Южной трибуне. Под этой же трибуной были раздевалки и душевые. Володя бывал там позже, когда занимался классической борьбой.Вот команды уходят после игры с поля, поприветствовав друг- друга. Тут-то и развернулись  самые памятные события того дня. Отец держал Володю за руку, и они, встав со своих мест где-то в десятом ряду, стали спускаться вниз , к первым нижним рядам,  стараясь подойти поближе к ограждению прохода под трибуны.

Было там несколько десятков человек. Видимо, это были в основном болельщики "Динамо"  и те из местных, кто хотел рассмотреть поближе игроков. Ведь в тот день ворота "Динамо" защищал Лев Иванович Яшин. Поэтому и стадион был заполнен до отказа в тот погожий день.Многие пришли, чтобы увидеть знаменитого вратаря. Отец взял Володю на руки, чтобы протиснуться вплотную к проходу." Идем, Вовчик, на Лёвушку посмотрим,"- ласково называл он Яшина, хотя Лев Иванович был даже старше отца на 5 лет , а называл он его как ребенка Левушка...

У самого ограждения была толчея. Болельщики стоя аплодировали уходящим с поля друг за дружкой игрокам. Конечно, все хотели рассмотреть поближе вратаря «Динамо» и сборной СССР, олимпийского чемпиона 1956 года, чемпиона Европы 1960,лучшего футболиста Европы 1963 года.(По сей день единственный из всех вратарей удостоенный этого звания.) Лев Иванович уходил с поля последним из игроков «Динамо»:в черных трусах, в черном свитере, в кепке. Все привычные по фоткам и хронике атрибуты "Черного Паука" и вдруг недалеко где-то, у них за спиной, послышался крик:" Яшин- позорник!" Володя в тот момент во все глаза смотрел на Яшина, он был совсем близко... Конечно он тоже услышал этот вопль... Лев Иванович вскинул глаза вверх,посмотрел на горлопана, никаких особых эмоций на его лице не отразилось... Это был просто взгляд человека, уставшего после своей работы. Ни обиды, ни удивления - не было в его взгляде... Видимо, это часть работы публичных, знаменитых людей думал Петрович, спустя годы. Трудно шокировать публичных людей такими выкриками .Так думал он,но это все было потом... А тогда, еще несколько секунд, и Лев Иванович скрылся в проходе... Но Петрович хорошо запомнил свое состояние тогда. Это было состояние стыда и позора, впервые в жизни при нем оскорбили всеобщего кумира, человека, которого боготворил его отец. Он понимал, что произошло что-то из ряда вон выходящее.

Пока Володя переваривал все это, отец опустил его с рук на скамейку и сказал — стой тут. А сам, стремглав бросился куда-то назад, в толпу людей к тому самому горлопану, который оскорбил Яшина. Последнее, что запомнил Володя в этом моменте — это как его отец, разбежавшись со скамейки верхнего ряда, прыгает в толпу на этого негодяя. Потом, пока там была куча мала, набежала милиция, потом разнимали там еще несколько минут сцепившийся клубок людей...

Петрович вспоминал, как стоял он там один на скамейке и плакал. Плакал он потому, что понял, что не знает, как отсюда найти дорогу домой, если не найдет отца. Дороги домой со стадиона он не знал, так как ехали они туда с пересадкой на двух троллейбусах.  Был-то он тут впервые в жизни и было ему 7 лет всего.

Благо отца скоро отпустили, и они поехали домой. Позже отец объяснял, что произошло там и почему. После неудачного выступления сборной страны на чемпионате мира 1962 года на Яшина спустили всех собак и обвиняли его в поражении сборной Советского Союза. Ну, сегодня мы знаем это по фильмам, по истории спорта.А тогда вот выражалось в таких уродливых моментах это, иной раз. Выручило Яшина тогда мировое футбольное сообщество. Слишком был высок его авторитет в мировом футболе.
Так размышлял Петрович, вспоминая свое детство, своего отца и прошедшего мимо него в раздевалку знаменитого голкипера, до которого он мог дотронуться рукой через ограждение, успев рассмотреть его громадные потёртые в трещинках перчатки, которые он держал в руке, приветствуя ими зрителей, провожающих его аплодисментами....

Как-то Петрович рассказал эту историю дяде Коле. Это был муж его маминой сестры, тёти Нины. Когда он был молодым человеком 23-х лет , а жил он в двух кварталах от Республиканского стадион, тоже ходил на этот матч посмотреть на Яшина со своим другом.

И запомнился он ему необычным эпизодом. У Динамо в составе был игрок-полузащитник с сумасшедшим ударом, по словам дяди Коли, фамилию он подзабыл уже с годами. Он вообще-то за ЦСКА болел. И вот игрок этот в одной из атак приложился в один момент хорошо к мячу и пробил по воротам хозяев поля.

Мяч в створ ворот не попал, просвистев мимо, но попал аккурат в тетю Машу, которую знали все болельщики, поскольку она с лотка торговала во время матчей футбольных горячими пирожками, которые пользовались успехом публики. Мяч потряс и сбил ее с ног, пирожки разлетелись... С дежурившей рядом машины скорой помощи прибежали доктора, подошли игроки команд. Но, слава богу, все обошлось, хотя игра была на несколько минут остановлена.Дали понюхать тете Маше нашатыря, привели ее в чувство…Все это произошло на глазах дяди Коли...

Когда пришли домой после футбола, возбуждённый отец ещё целый час возмущался, рассказывая матери, что поражён был, что есть на белом свете такие тупые идиоты, которые могут выкрикивать гадости в адрес знаменитого футболиста , обладателя Золотого Мяча лучшему футболисту Европы.

Наконец отец успокоился, пошли все спать. Но видимо не суждено было в тот день так просто уснуть...За стенкой соседней ,пятнадцатой квартиры жил алкоголик Макеев со своей семьей.Периодически он, перепив, поколачивал свою жену. Она подвывала при этом и причитала. Сын худой,рыжий, пацан лет десяти, был нелюдим, ни с кем не дружил во дворе. Звали его ребята во дворе Макеша.Он тоже тихо скулил, видимо от страха и безысходности.Обычно отец стучал в стенку или выходил на площадку и стучал в дверь.Макеев не сразу, но затихал.А тут, в этот день его как прорвало.Никак не мог угомониться...Отец стучал и в стену,потом в дверь стучал, а потом выскочил на площадку и с разбегу высадил ногой дверь в квартиру номер 15.Тут и из квартиры номер 14 вышли соседи.Это была семья врачей, Куликовых.У них был единственный в подъезде телефон в то время.Они и вызвали милицию. Милиция приехала как раз вовремя,когда отец вытаскивал из квартиры пьяного в стельку Макеева.Вот так, наконец, закончился тот день...

Отец, мой- интеллигент, очкарик совсем не боец по своей сути совершил в тот день два прекрасных сейва. И не было ему тогда 30 лет еще.Он , можно сказать, самоутвердился в тот день,вспоминал Петрович. И вот что интересно... Знал-то я об этом всегда, да никогда не задумывался. Это были просто фрагменты детских воспоминаний. А сегодня он прокрутил все это с высоты своих лет, как уже взрослый человек. Внук так и сопел мирно в другой комнате... Надо бы написать письмо отцу,подумал Петрович... Нашел бумагу, ручку, сел за стол и написал письмо.В конце приписал номер своего телефона.
Прошло пару месяцев, наступил день 55-летия Петровича. Он бежал в магазин за очередной порцией продуктов, поскольку в этот день отмечал юбилей с коллегами по работе.Вдруг раздался телефонный звонок... Петрович услышал в трубке знакомый голос:" Вовчик, здравствуй!. Хочу тебя поздравить с юбилеем!."Поговорили о том, о сём... Потом стали созваниваться почаще .Вот так общение с отцом с того дня и наладилось...

*** *** ***
Сказать в эпилоге этого рассказа, что умные учатся на чужих ошибках было бы слишком нравоучительно. Мало кто следует этим путем. Может потому, что умных вообще мало. Большинство выбирает все же свой путь. Да, можно, конечно, воспользоваться какими-то вовремя подвернувшимися советам или мудростью предыдущих поколений,что происходит далеко не всегда. И найти ответ или решение, проскочить гладко, без особых потерь...Но поймёшь ли ты тогда сам себя,разберёшься ли в себе, каков твой внутренний устав и как тебе надлежит поступить в данном конкретном случае. Поэтому приходит вот такое умозаключение. Следует остановиться ... Разорвать привычную круговерть событий, поискать ответ в самом себе! Вспомните, в нашем детстве без телевизоров, компьютеров и телефонов была замечательная игрушка фильмоскоп и к нему в маленьких круглых баночках диафильмы... Взрослые вешали простыню на пару стульев- получался экран. Выключался свет и мы дети всей гурьбой, сидя рядышком на полу перед ним погружались снова и снова в мир полюбившихся сказок. Вот также следует поступить и в данном случае. Закройте глаза, повесьте мысленно белый экран перед собой и прокрутите на него еще и еще раз забытые истории, которые лежат в закоулках вашей памяти и ждут часа, когда вы к ним вернетесь. Прокачав таким образом через себя эти события и истории, вы лучше начнете понимать себя, выработав представление о своих критериях. Дело в том, что в том же нашем далеком детстве была еще одна очень любимая игрушка. Калейдоскоп. Своеобразная модель жизни. Он после каждого поворота давал новую картинку. Так же и в жизни. Всегда все по-разному и не может быть готовых рецептов и советов на каждую жизненную ситуацию и каждый жизненный случай. Одинаковы должны быть только подходы к их решению...

И второй вывод: футбол это игра. Но это модель жизни-отражение ее. У кого-то- часть жизни.Полюбив футбол, вы лучше будете понимать жизнь и сами станете лучше! Но это -частное определение ,по сложившейся жизненной ситуации... Для кого-то это может быть хоккей, для кого-то - баскетбол, да мало ли что еще... Вспомните калейдоскоп...