Я отлично понимаю, что тогда, в то далекое, военное время, многие решения были... спорными, а дисциплинарные меры жесткими, но, сейчас-то есть возможность разобраться. В работе Александра Скробача "Четыре дня и три ночи «Армении»: от Севастополя до Ялты" где собраны, наверное, все возможные документы по данной теме. Есть интересные данные:
Итак, перед выходом в море, командир теплохода капитан-лейтенант В.Я. Плаушевский получил от начальника отдела обеспечения коммуникаций штаба ЧФ капитана 3-го ранга И.М. Нестерова предписание №611. Вот его текст:
«Командиру теплохода «Армения». Задача: выйти в Ялту для приёмки раненых. После чего выйти в Туапсе. Время выхода: 18:00 6 ноября, время прибытия в Ялту: 22:00 6 ноября. Маршрут: Севастополь — Ялта — Туапсе. Выход фарватером №1. Маршрут №2.Особые указания: выход из Ялты не позднее 05:00 7 ноября. В случае невыхода в 05:00 7 ноября выход в 19:00 7 ноября. Соблюдайте время выхода точно, не подвергайте корабль опасности».
Транспорт действительно должен был забрать раненых (127 человек) и персонал Ялтинского госпиталя ЧФ.
Но, случилось так, что транспорт встал к причалу не в час ночи и не в два, а в пять утра Почему? Мы уже писали: при его габаритах, он "не помещался", и пришлось ждать выхода эсминцев с 3 и 4 батальонами 7-й бригады морской пехоты.
Что должен сделать дисциплинированный командир? Все верно: доложить своему непосредственному командиру. Был ли доклад? Был.
Как пишет Ф.С.Октябрьский в своих мемуарах: «Когда мне стало известно, что транспорт собирается выходить из Ялты днем, я сам лично передал приказание командиру, ни в коем случае из Ялты не выходить до 19.00, то есть до темноты. Мы не имели средств хорошо обеспечить прикрытие транспорта с воздуха и моря. Связь работала надежно, командир приказание получил и, несмотря на это, вышел из Ялты в 08.00. В 11.00, он был атакован самолетами торпедоносцами и потоплен. После попадания торпеды «Армения» находилась на плаву четыре минуты».
Командующий флотом никогда не снисходил до общения с командирами санитарных транспортов. Обычно распоряжения командующего передавались через офицеров оперативного отдела флота, но никогда не передавались лично командующим. Но не суть важно. КОМАНДУЮЩИЙ ЗНАЛ о ситуации.
На допросе капитан-лейтенант Дьяченко, оперативный дежурный штаба ЧФ дал следующие данные:
«Первое указание мною было получено в 01:00 от начальника штаба ЧФ контр-адмирала тов. Елисеева следующего содержания: «Теплоход «Армения» из Ялты должен выйти в 05:00 7 ноября. Если к этому времени не будет закончена погрузка, то выход разрешать днём только в случае нелётной погоды. В случае лётной погоды выход разрешить в 19:00 7 ноября. Аналогичные указания были мне даны и начальником отдела обеспечения коммуникаций капитаном 3-го ранга тов. Нестеровым. В 02:00 эти указания были подтверждены командующим флотом вице-адмиралом тов. Октябрьским, который в это время был в комнате оперативного дежурного».
Последовал вопрос: «Какое в действительности Вы дали приказание командиру теплохода «Армения»?» Дьяченко ответил:
«Те указания, которые мною получены от начальника штаба и командующего флотом, мною в точности были переданы в 02:15 7 ноября капитану теплохода «Армения», и около 05:00 7 ноября эти же указания были даны капитану 1-го ранга Бурмистрову, находившемуся в это время в Ялте и являвшемуся старшим морским начальником».
Затем последовал ещё один вопрос: «Давали ли Вы несколько позднее другие указания Бурмистрову и командиру теплохода?» Ответ Дьяченко был таким:
«Командиру теплохода после этого других указаний не давалось. Капитану же 1-го ранга Бурмистрову мною было передано приказание начальника штаба тов. Елисеева в 06:50 следующего содержания:«Принять меры к быстрой погрузке раненых на теплоход. Принять меры к посадке на теплоход городского актива. Погрузить всего 5000 человек. Самому с гарнизоном и личным составом батареи прикрывать посадку, после чего личный состав гарнизона посадить на парусно-моторные шхуны и направить в Севастополь. Самому сесть на сторожевой катер и сопровождать теплоход. Теплоходу после погрузки людей ввиду нелётной погоды выйти в море и следовать по назначению согласно имеющимся предписаниям у командира теплохода»».
Есть один маленький нюанс: капитан 1-го ранга Бурмистров, прорвавшийся по суше из Феодосии к Ялте 6.11.1941 старшим морским начальником НЕ являлся. Почему я так уверенно пишу? Потому, что в допросах пленных нашелся допрос краснофлотца-сигнальщика с мыса Иван-Баба из его отряда, который был захвачен в ходе последнего боя в ходе прорыва. Приказа о назначении Бурмистрова старшим морским начальником нет (никакого нет, вообще нет, даже радиограммы такой нет). Но это не принципиально.
И еще одно интересное наблюдение: в своих ответах офицеры отчаянно стараются максимально придерживаться текста донесения командующего флотом о гибели транспорта.
Даже в части количества эвакуируемых. 5 тыс. человек на данный транспорт погрузить, в принципе, нереально. Если кто-то и отдал подобный приказ (погрузить 5 тысяч человек), то он совершил должностное преступление. Одно дело паника, и.т.д., другое дело приказать взять на борт 5 тыс. человек (но, к этому вопросу мы еще вернемся).
Итак, санитарному транспорту было дано указание стоять до 19 часов в порту Ялта. Правильным ли было сие решение? Давайте смотреть.
Мы уже давали данные, что еще 4 ноября... (читаем текст на картинке)
И это правильное решение. Потому, как...
По немецким документам, Алушта, к вечеру 4.11.41г. была взята. 124-й пехотный полк производил зачистку города. Немецкий передовой отряд майора Бааке (того самого Бааке, что потом будет жить в домике Чехова в Ялте, и сохранит его обстановку) достиг к 17 часам 4 ноября 1941г. западных окраин Алушты, и начал наступление на Биюк-Ламбат, не заходя в город. Из отчета о боевых действиях отряда: «Одна 15 см пушка была установлена для обстрела селения. Вместе с разведывательным взводом лейтенант Шлобах выдвинул части 1-й роты 14 батальона ПВО и 4-ю роту батальона вместе с 1-м взводом противотанковых пушек для поддержки пехоты. Противник в 2 ч. 30 мин. закрепился ниже Биюк-Ламбат. 3-я рота 72-го пионерного батальона, была выведена из подчинения передового отряда, и была подчинена 1-му батальону 124-го полка. Трофеи: 12 грузовиков, 3 трактора с прицепом, один счетверенный и два крупнокалиберных пулемета. Много стрелкового оружия и боеприпасов. 60 пленных. Потери 2 убитых 8 раненых».
Биюк-Ламбат - это современный Малый Маяк (был большой , стал малый), начало дороги из Алушты на Ялту. Немцы приостановили продвижение 4 числа, но с утра 5-го наступление возобновилось.
6.11.41г. стало переломным днем в боях по прорыву немцев к Ялте. Бой шел уже на подступах к городу. Оборону на дороге держал сводный отряд морской пехоты и призывников из г.Ялты под командованием военкома Ялты. (Я прошу прощения, немного отвлекусь).
Очень долго не мог понять, что это за "major Moloff" из немецких допросов или майор Молов из воспоминаний (Например, ветерана 184-й сд М.Х.Пиастро). Думал, это майор Моловский (с ним тоже история загадочная). Потом удалось найти воспоминания, в которых указывается, что с 6.11.1941 года подступы к Ялте оборонял сводный отряд моряков с 17-й батареи, ялтинских призывников и сотрудников Ялтинского военкомата, численностью около 200 человек. Указывалось, что отрядом командовал военком Ялты. Не особо надеясь на успех я попытался искать в ОБД Мемориал, и... вот документ. Командиром отряда являлся Степан Васильевич Малов. Ладно, это отдельная история (кстати, благодаря этим спискам "нашлись" еще несколько командиров сводных батальонов).
Самое интересное, что противник выходил 6 ноября к Ялте с двух сторон. 3-й батальон 266-го немецкого полка подходил к Ялте и по дороге через заповедник. 3-й батальон 266-го полка, с удивлением, так же обнаружил, что противника перед ним нет, и дорога на Ялту открылась. Из отчета: " 6.11.41 Разведка показала , что дорога на 4,5 км от развилки свободна. в 24 часа батальон русских отошел на Ялту с целью отхода в Севастополь". Со стороны Ай-Петринского плато оборона еще одной дороги была (правда, при этом, потеряли почти весь 287-й полк) Картинка на 6 ноября число выходит примерно такая:
А, теперь скажите мне, можно ли в таких условиях, загонять в Ялту большой транспорт, без сопровождения боевыми кораблями? Нет, ну, может нашим удалось бы сдержать немцев? Пытаясь задержать противника, 82-й инженерный батальон подрывал подпорные стены дороги (потеряв пропавшими без вести 80% личного состава).
Из отчета 124-го полка: "Противодействие противнику, производившему подрыв подпорных стен и мостов на горном шоссе, производилось огнем противотанковых пушек и стрелкового оружия пехотных подразделений. Работой подрывных команд ночью под пехотным обстрелом удалось уничтожить 22 горных моста, в основном, на закрытых изгибами участках дороги. Удалось сохранить от подрыва большой мост, что обеспечило продвижение и захват 19 км в сторону Ялты".
Главные события развернулись на Ялтинском шоссе. В ночь с 6 на 7.11.41г. 124-му пехотному полку удалось прорвать оборону 262-го полка НКВД и приданных ему частей, что поставило в сложное положение артиллеристов и саперов.
Многие бойцы 82-го инженерного батальона (командир капитан Пирус) погибли или попали в плен. Попал в сложную ситуацию 1-й дивизион 134-го гаубичного артполка (командир дивизиона капитан Манзий), 1-я батарея которого (командир капитан Павленко) оказалась окружена в районе Артека. В этом бою погибли 40 человек, и в их числе командир дивизиона и командир батареи. Орудия батареи, к сожалению, вывезти не удалось.
Из документов "группы преследования" Бааке: « 7.11.41г. В 7:00 части достигли Гурзуфа. Взвод легкого вооружения 4-й роты 14 батальона ПВО, противотанковые части, исправив подорванный участок дороги, в течение 1,5 часов трудились вместе с пленными, создавая проход для моторизованных частей. Была подвезена 3.рота моторизованного 72-го пионерного батальона, которая была подчинена отряду. Были восстановлены многие взорванные участки дороги, сняты многочисленные мины. Противник заложил вдоль дороги множество морских мин и произвел несколько взрывов. Передовой отряд возобновил движение в 9 часов вместе с моторизованным разведывательным отрядом лейтенанта Купша, однако уже через 800 метров они столкнулись с упорным сопротивлением. Передовой тягач был подбит, следовавшие за ним два грузовика были обстреляны. Встречным огнем противотанкового орудия был подбит русский грузовик. Подразделения развернулись для атаки: 10 рота справа, 9-я рота в центре. 11 рота, с подчиненными ей противотанковой пушкой и легкой зенитной пушкой развернулись к морю по склонам Никиты. 10 рота овладела горными позициями, с которых были обстреляны колонны. 2 легких танка были подбиты противотанковой пушкой и сгорели западнее Никиты. Продвижение транспортных средств вдоль дороги обеспечивалось 4-й ротой 14 батальона ПВО, рассыпавшейся по склонам. Первой дальнейшее движение начала 10-я рота, выбившая части противника со скалистых склонов гор. Ей противостояли 15-20 стрелков с одним ручным пулеметом. Следующая задержка произошла через 900 м из-за прицельного стрелкового огня по дороге. Были понесены потери. Противник обстрелял дорогу минометным огнем. Сопротивление было подавлено нашей артиллерией, стрелки 2-й роты 72-го противотанкового дивизиона открыли огонь по противнику. Артиллерия обстреляла Ялту и прилегающие дороги. Противник отошел к северным склонам и взорвал дорогу».
"Армения" еще грузилась, а бой шел уже в районе Никиты и с. Наташино (сейчас район Ялты).
О чем Вы господа-товарищи? Какое отстояться? И, главное, смысл отстаиваться? Чтобы противник быстрее потопил транспорт? Порт ничем не был прикрыт. Два орудия 21К из состава 17-й зенитно-противокатерной батареи, прикрывавшей порт, были взорваны еще 6 числа. Личный состав батареи эвакуировался на катере в 8 часов 7-го (оставив два исправных орудия немцам). Смысл стоять в порту?
Как там у нас любят выражаться теорЭтики? А, во... "цуцванг". В просторечии это выбор между двумя гов (простите) плохими решениями. И создал этот цуцванг... кто?
У командира корабля было три варианта действий.
а) Выполнить д... (не очень правильный приказ, дождаться темноты и быть потопленным немецкой авиацией (или расстрелянным немецкой артиллерией), или, как вариант, быть захваченным немцами.
б) Не выполнить приказ, и не принимая персонал госпиталя и раненых, немедленно уйти в море
в) Выполнить, и приняв персонал и раненых попытаться все же уйти в море. Нам говорят о том, что выход из порта- нарушение приказа?
Цитирую: "Если к этому времени не будет закончена погрузка, то выход разрешать днём только в случае нелётной погоды". Погода была... (смотри предыдущие статьи)
Командир "Армении" выбрал самое правильное решение, и шансы у него были. По советской версии транспорт уходил в сопровождении одного катера типа МО и под прикрытием звена истребителей. А, хотите еще один "неудобный" вопрос? Скажите, если санитарный транспорт ушел "без спроса", то истребители-то откуда взялись? Тоже самовольно полетели?
(продолжение, естественно, следует)