Первый, если читали и помните, антисоветскость справа в СССР (Городницкий в «Будапешт-56»). Второй, подумалось, - формализм, не чуяние, как теперь у Екатерины Андреевой ("у нас были замечательные учителя, которые не особенно грузили идеологией"), что произведение искусства имярек не прикладное, а неприкладное.
Не понятно?
Понятно станет из дальнейшего.
Вот она пишет:
«Если в «материальных подборах» первого авангарда вещи символизировали героику производства [У Родченко целесообразность усиливалась, если получались "сборно-разборные вещи, в разобранном виде компактно-складируемые (все элементы плоскостные)."], в том числе и производства новой художественной среды, то в Европе и США после Второй мировой войны более актуальной темой было потребление. Идея современности как прогресса теперь предполагала прогрессивную организацию новейшего общества не через производство, а через потребление [являющего себя примером] британского поп-арта – коллажем Ричарда Хэмильтона «Что же делает наши дома такими особенными, такими привлекательными?» (1956), представляющим «эстетику изобилия», как ее назвал первый теоретик поп-арта Лоуренс Аллоуэй».
То есть Алоуэй и Андреева не замечают иронии авторов над изображаемым. В чём она?
Смотрим слева направо.
Какова длина шланга пылесоса? – Метров под 5, если рост пылесосящей женщины 1,6 метра.
«Длина технических рукавов намного превышает длину бытовых моделей и может достигать 5 м» (https://stroy-podskazka.ru/pylesosy/vse-o-shlangah/).
Зачем бытовому длина технического? – Для насмешки: всё самое-самое
С другой стороны в росте женщины 9 высот ступеньки. Высота ступеньки: 160:9=17 см. Так корпус пылесборника получается чуть большим – 20 см. И что это за мизер? – опять смех.
Хорошо, это можно было не заметить. Но как было не заметить гаргантюашного размера леденец?
Один дюйм – 2,54 см, 3,75∙2,54=9,5 см. А у художников – пол человеческого роста.
Ну и т.д.
Эти Алоуэй и Андреева не заметили и текстового издевательства названия над Потреблением. – Что за магия? – Нахлынула после Второй мировой войны вторая волна эпохи Потребления. Например, стали доступными пылесосы. Это возвели в культ. Леденец в США ввели в культ после Первой мировой войны – национальный праздник устроили 20 июля. А в 50-х годах леденцы на палочке стали всемирным явлением. – Достаточно быть позитивно ошеломлённым такого рода событиями, и не замечаешь иронии, и не видишь отличия между массовым искусством, хвалящим Потребление, и элитарным поп-искусством, над ним насмехающимся. А потом действует инерция повторения. Сморозил Алоуээй – и низкопоклонство перед Западом заставляет даже больше полувека после повторять его глупость.
Так и легче: тема ж – мол аристократизм масс, значит хвала ему. Насмешка это уже не так на поверхности, как хвала. А когда прямо что-то выражается чем-то – это прикладное искусство, легко мирящееся с формализмом, которое тоже занимается, ЧЕМ ЧТО выражается. Материальным изобилием – идеал сытости.
А на самом деле – насмешка. И кто насмехается? – Настоящие аристократы. Сверхчеловеки. Они смеются над массовым искусством. Вот его пример.
1 сентября 2023 г.