Давно хотела попасть на «Поезд Победы» (это первая в мире иммерсивная инсталляция, размещенная в движущемся составе поезда).
И наконец, о радость – поезд в нашем городе! Целых три дня.
В каждом вагоне поезда-музея – своя уникальная история.
В наушниках под стук колес звучит рассказ девушки Лидии, помощника машиниста паровоза, отправившейся в свой первый рейс весной сорок первого года.
Когда заходишь в первый вагон, сердце сжимается от боли. Люди едут по своим делам, не подозревая, как скоро изменится их жизнь. Последние часы перед войной. Но они еще не знают этого. А мы знаем.
Второй вагон посвящен защитникам Брестской крепости. Именно они приняли первый удар на себя.
Брестская крепость и Хатынь – одно из самых сильных впечатлений моей жизни. В десятом классе мы ездили в Белоруссию.
Мы вернулись другими, повзрослевшими, кое-что понявшими о войне. И сейчас, спустя более полувека, я отчетливо помню ту поездку.
И вот уже люди едут на фронт. Всех пронизывает чувство тревоги: что там, впереди?
За окном мелькают уже совсем другие пейзажи. У каждого новобранца в руках – солдатский медальон, в котором записаны фамилия, имя, звание, адрес семьи. Это чтобы знали, куда посылать похоронку, когда убьют.
Как-нибудь расскажу историю, случившуюся лет десять назад, о том, как мальчик-поисковик нашел не просто такой медальон, а медальон своего прадеда. Даже сейчас, когда пишу это, – мурашки по коже. Такое может быть только в кино, и то будет похоже на вымысел.
В наушниках звучит рассказ:
«От брата Коли пришла весточка только в начале сорок второго года. Он отправил письмо еще 16 октября из деревни Бородино: «Горит земля. Горит металл. Горят люди. Не ждите. Живым отсюда не вернусь.»
Больше Коля писем не присылал. Пропал без вести той же осенью сорок первого.
Осенью сорок первого пропал без вести и мой дед, Волков Сергей Степанович. Эшелон, в котором он ехал на фронт, разбомбили…
Как писал Твардовский:
И во всем этом мире
До конца его дней –
Ни петлички, ни лычки
С гимнастерки моей…
Третья дочь родилась через два месяца после гибели отца. В тридцать три года бабушка стала вдовой.
Мы только сейчас осознаем, какой подвиг совершили наши бабушки, подняв детей в одиночку, воспитав их, дав им образование.
Но, несмотря ни на что, с самого начала войны люди твердо верили, что «враг будет разбит, победа будет за нами».
Четвертый вагон – не менее, а может, еще более страшная страница нашей истории – концлагерь.
Эшелоны для перевозки военнопленных состояли из товарных вагонов, не предназначенных для людей. Людей везли, как скот. Часто приходилось ехать стоя. Бывало, что до лагеря добирались единицы.
Советских военнопленных отправляли на самые тяжелы работы: в шахты, на рудники. Не многие выживали. Работа – как способ уничтожения. Сон –четыре часа, еда – раз в сутки. Но и в концлагерях встречались люди, поражавшие мощью характера, – люди-сваи. Ни пытки, ни истязания – ничто не могло их сломить. Они подавали пример другим, помогали выжить.
О концлагере исчерпывающе рассказал Солженицын в рассказе «Один день Ивана Денисовича».
Пятый – санитарный вагон. Такие вагоны курсировали по всей стране: забирали раненых из прифронтовой полосы и развозили по госпиталям. Сложнейшие операции делали прямо на ходу. Сколько жизней спасли в таких вагонах!
Недавно писала о фильме Владимира Машкова «Папа». В третьей части фильма очень точно передана атмосфера такого санитарного вагона.
Шестой вагон – банно-прачечный. Баня на войне – одно из главных дел. Много солдатских баек с баней связано.
Казалось, что вся страна жила на железной дороге.
В начале сорок третьего вся страна ликовала – разбили фашистов под Сталинградом, прорвали блокаду Ленинграда. Дорога из ленинграда для многих была последней. С уходящими на маршрут из Ленинграда машинистами прощались навсегда. Бывало, состав на станцию приходил горящим. Эту дорогу называли и «коридором смерти», и «дорогой победы».
Седьмой вагон – штабной. «Бронепоезд».
Когда фронт покатился на запад, многие военачальники стали жить в вагонах. Один из таких военачальников – Рокоссовский. Ключ к победе Рокоссовский нашел в Белоруссии. Оттуда немцы не ожидали удара.
Вторая часть вагона посвящена бронепоездам. Бронепоезд – это мощь! Немецкие самолеты побаивались их бомбить.
А мы с детства помним песню:
Мы мирные люди, но наш бронепоезд
Стоит на запасном пути!
Восьмой вагон – военный трибунал над нацистами и их союзниками.
Зло обязательно должно быть наказано. Суд не ради мести и кровавой расправы, а ради справедливого приговора.
И, наконец, последний – дорога домой. Это радость со слезами на глазах. Конец войне!
Когда настал тот самый день, мы не верили. Мы столько времени провели на войне, что казалось, что так будет всегда, –
звучит в наушниках рассказ Лидии.
А нам остается наказ, отлитый в бессмертные строки Роберта Рождественского:
Помните!
Через века, через года, —
помните!
О тех,
кто уже не придет никогда, —
помните!
Поезд идет по стране. Следующая станция – Мурманск.