Я поняла, что они узнали уже всё, что необходимо, но что именно почему-то мне не говорят. Ну и ладно! Главное – это найти убийц. Я стала рассматривать нож, который был воткнут в мёртвое сердце дяди Паши, и вспоминать, когда я видела такой же. Александр, угрюмо снимал отпечатки с рукоятки ножа.
– Это – Самсоновский нож, – вспомнив, когда-то прочитанное, просипела я и удовлетворенно поджала губы, потому что Александр выгнул бровь. Вот так! Мы тоже не лыком шиты!
Боб из-за стола прочирикал.
– А не знаю, что это за нож!
– Поясняю. Егор Самсонов – тульский мастер, его ножи и кинжалы считались эталонными охотничьими ножами у русской аристократии. Над загадкой прочности его ножей, после смерти мастера в тридцатые годы двадцатого века бились именитые металлурги, однако разгадку так и не нашли. Точное количество изготовленных им ножей неизвестно, но считается, что их всего было чуть больше трёх тысяч штук.
– А ты откуда знаешь про ножи? – задрал брови Боб.
– Как-то реферат писала о русском холодном оружии, – отмахнулась я.
Александр угрюмо рыкнул:
– Кон, свяжись с Наомханом, мне надо убрать следы кремниевого ножа.
Конрад набрал номер телефона.
– Наомхан, они совершили убийство каменным ножом. Всё в крови, надо бы это скрыть! Нам нужно официальное разрешение.
Бас Наомхана заполнил комнату:
– Хорошо! Уберите эти следы. Оставьте там только обычный нож, в качестве орудия убийства. Пусть полиция не мучается. Саша, подчисть всё, чтобы комар носа не подточил!
– Нож тоже необычный – Самсоновский, – Александр неожиданно для меня добавил, – это наш стажёр обнаружила.
– Интересно! Я попрошу отследить возможных владельцев. – Я нервно хихикнула, вспомнив возможное число владельцев, и Наомхан рявкнул. – Костя! Ты бы лучше занялась вторым трупом, чем хихикала!
– Ала, ала! – заметалось эхо в комнате.
Я заметила, что у старших мелькнули улыбки и погасли. Опять надо мной смеются.
В это время Александр опять рыкнул:
– Стажёр! Печень! В тело! – я нервно сунула печень на место.
Александр провёл руками над телом, и я обмерла, так как всё встало на места, а кровь исчезла, зато появились классические разрезы, и швы, как и полагается.
Класс! Эх! Сколько же мне учится, чтобы стать такой как он?! Ничего, научусь, и я утру ему нос. Но всё-таки, какой он классный! Да уж, не то, что некоторые криворукие. Золотой спец!
Так, надо мне немедленно проявить себя! Я решительно направилась между рядов тел на каталках, рассматривая подписи, привешенные к большому пальцу ноги.
– Вот! Нашла! Александр, ты там диктуй, что положено, а я проведу первичный осмотр, – я, было, взялась за простынку в пятнах и услышала шипенье.
Побив мировые рекорды в прыжках с места, я оказалась за спиной Александра, тот ухмыльнулся (Гад!) и подошёл к металлическому ящику, накрытому зелёной клеёнкой. Поднял её. Там сидели два живых серых кота.
– Оригинально! – к ящику скользнул Конрад, и оба кота, мурлыча от восторга, прыгнули ему на руки. – Ребята, а это те самые котики, которых все приняли за мёртвых. Саша, возьми у них кровь на анализы и сделай биохимию на наркотики и тому подобное.
– Я могу, – кукарекнула я.
Взяла шприц и подошла к воскресшим котикам. Коты угрожающе завыли. Конрад отнял у меня шприц, и быстро взял кровь у котов. Александр включил какой-то прибор, потом плюхнулся на стул и с удовольствием вытянул ноги. Я тронула его за плечо.
– Я не виновата, что меня кошки не любят, – мне было очень важно, чтобы, именно, он понял меня. Я ведь не истеричка, и хочу, чтобы он учил меня.
Тот, кого я выбрала учителем, снисходительно усмехнулся.
– У тебя халат в крови. Чего ты ждала? Боб, ты заканчиваешь?
– Не дёргай меня! – огрызнулся тот.
Прошло полчаса, прибор гукнул, Александр сунулся к экрану дисплея.
– Ну и ну! Можно было сразу догадаться. Им вкатили лошадиную дозу галаперидола, вот все и приняли их за мертвых. Замечательные коты! Ведь смогли справиться с этим кошмаром. Интересно… – Александр, отодвинул Боба. – Ты посмотри, а ведь этому наркоману сразу вкатили морфий в запредельной дозе! Сергей это сразу определил. Хм, что же они хотели сделать? Напугать нашего новоявленного стажёра или остановить этого наркошу? Боб, сделай так, чтобы нельзя было определить, откуда она позвонит. Надо, чтобы если кто-то её ищет, знали, что её нет в городе.
Боб отнял у меня телефон, что-то туда вставил, после чего вернул мне.
– Звони домой! Ты же в командировке. Тебе тоскливо.
– Я никогда не звонила из командировок, – возразила я.
Они уставились на меня, потом Василий пробасил:
– Лекарства.
Я поняла сразу, набрала номер. Трубку взяла Соня.
– Это кто?
Вежливость к ней так и не вернулась после развода.
– Привет! Соня, ты уже купила маме её лекарства? А то я зашла в аптеку и обнаружила, что они здесь намного дешевле, чем у нас.
Сестра возопила:
– Костя, ты помнишь наркомана, который повесился в нашем подъезде?! Так вот, нас всех здесь буквально задрала полиция! Кто его видел раньше, кто его впустил? Тебе очень повезло, что ты смылась, а то и тебя бы допрашивали.
– Понятно, так что с лекарствами-то? Покупать или ты уже купила?
– Конечно, покупай! Мне совершенно некогда мотаться по городу и искать, где подешевле.
– Пока-пока!
Конрад набрал номер телефона и мягко проговорил.
– Привет, Ион! Это я! Вы кого-нибудь посылали в дом, где наркоман повесился? Понятно. Конечно, не просто так звоню! Осторожнее, туда кто-то наведался под видом полиции. Ион, мне совсем не до шуток, я сам об этом узнал только что. Примите меры, это очень опасные люди. Пока! – он повернулся к нам. – Саша, надо будить Серёгу.
Александр, провёл руками над моим халатом, потом над трупами, кровь с халата и со столов исчезла, потом тронул Сергея. Тот открыл глаза. Александр улыбнулся ему.
– Ну, ты здоров дрыхнуть! Ведь от рюмки спирта заснул. Мы тебя уж будим-будим. Прямо во время рассказа нашей журналисточке отрубился, кстати, и она тоже приснула. Видишь, какая сонная? Этими ужасами ты её просто застращал. Кстати, ты оказался прав, это – галаперидол. Я посмотрел, что выдала твоя супер-пупер техника.
Сергей почесал в затылке.
– Я что, показывал нашу новую технику?
– Конечно, ещё бы не показать, когда обнаружилось, что котики живы. Наш переводчик просто чуть под потолок не подпрыгнул, когда они выскочили. Конрад вон их гладит. Бедолаги, столько натерпелись. Куда котов денешь? Смотри какие славные! Ласковые, а главное , живые.
– Да выпущу! Зачем их здесь держать? И так, всё понятно. Слышь, дай я запишу результаты анализа, – Сергей суетился, прикреплял распечатку анализов в журнал. Умудрился опрокинуть тюбик с клеем, потом оттирал от него стол. Я всё это время дремала на стуле. Наконец, он встрепенулся. – Ребята, ведь ночь на дворе. Ваша журналистка дрыхнет вовсю.
– Правильно, поэтому поедем к нам в гостиницу! Не волнуйся, твоя жена дала добро.
Мы отправились мимо захмелевших охранников, наружу. Доехав до старого кладбища, выпустили котов, которые мгновенно удрали, потом, покружив по городу и заехав в пару магазинов, отправились в нашу гостиницу. В мой номер меня сопровождал Вася. Я переоделась, хотела было полезть в душ, но тот покачал головой.
– Сегодня надо будет быть всем вместе. Надо на тень на плетень навести!
В номере Александра и Кирилла, я забралась на кровать и заснула. Рядом прикорнул Боб. Остальные, разложив прикупленное в магазинах на столик перед камином, начали отмечать замечательно проведенный день.
Утром я проснулась первой. Осмотрелась. Мужики так и заснули вокруг журнального столика. Удивительно, но все, кроме Сергея, заснули на спине, раскинув руки и ноги, Сергей спал в позе эмбриона. Что-то я читала про то, о чём свидетельствуют такие позы, но так и не вспомнила. Количество спиртного поражало не столько разнообразием, сколько ценами. Охохонюшки! Видимо, каждый пил, что ему нравилось. На столе стояли бутылки с шотландским виски, французским коньяком, смирновской водкой, и болгарской сливовицей.
Я прокралась в душ, и включила самый слабый напор, чтобы их не разбудить. Когда вышла, завернутая в полотенце, то наткнулась на Александра, тот был абсолютно трезв. Он, взяв меня за руку, провёл к своему чемодану и вытащил оттуда халат:
– Накинь, а я пока загляну в твой номер.
Вернулся он, озадаченным, и тут же позвонил:
– Лёва! Приезжай. Забери всё, что было в двух номерах и привези замену. Возьми ребят, чтобы эти вещи проанализировать. Лёва, не надо голосить! Не трогали мы её! Она провела ночь в нашем номере и осталась чистой и непорочной.
Я от последних его слов чуть не упала, но замерла, потому что Александр тихо свистнул. Все кроме Серёжи проснулись.
Вася, задрав брови, пробасил:
– Неужели нагадили во всех номерах?
– Побывали везде, где нас не было. У нашего стажёра в номере всё перевернули! Мне не хочется поднимать скандал, без нужных знаний. Лёва со своими ребятами сейчас приедет. Он нам всё расскажет. Ну, вот тогда-то мы и наедем на обслугу.
Спустя час, к нам в номер зашёл Лева посмотрел на всех и объявил:
– Пока это – демонстрация! Мы проверили всё, но на всякий случай заменили всё. Если честно, то я пока в недоумении. Какую цель преследуют эти типы? Кстати, можете начинать скандал. Думаю, пусть Костя будет первой.
Я вздохнула и спустя минуту, бросилась вниз, как была в халате и босиком. На ресėпшене я рыдала и кричала по-английски, что провела ночь, празднуя день рождения друга, а тем временем мой номер обокрали. Девица моргала, ничего не понимая. Тогда появился Боб и также принялся кричать и требовать, чтобы вызвали полицию, но уже по-русски, напирая, что нас ограбили, и он всех засудит. Девица вызвала охрану, все толпой прошли в наши номера, обнаружив бедлам: там было всё разбросанно. Боб кричал о международном скандале, и я добавляла жару, непрерывно тараторя, как я потрясена и, как я страдаю и прочую чушь.
После осмотра мы выяснили, что ничего не пропало, хотя все вещи были вытряхнуты из чемоданов, и происшествие было расценено, как хулиганство. Прибыла полиция, всех опросили и обнаружили, что исчезла горничная, обслуживающая наши номера. Все поиски горничной не дали результатов, и на неё было заведено дело, как объявили нам.
Бельё в номере перестелили. Нам, в качестве утешения, доставили великолепный завтрак. С мой точки зрения, завтрак был рассчитан на стадо плотоядных слонов, хотя мужчины всё съели, даже Боб.
Сергею вызвали такси, и он, держась за голову, отбыл на работу. Когда спустя час он нам позвонил, то я поняла, что старшие это ждали. Александр включил громкую связь.
– Ребята!! – Сергей кричал. – Вы не поверите!! Украли тела убитых охранника и наркомана! Нет, вы поняли?! Тела вывезли по-наглому. Когда наши охранники сменились. Старые уже ушли, а новые что-то там записывали, приехала труповозка с какими-то липовыми документами и на глазах всех увезла трупы. У нас все стоят на ушах, и даже не знаю, что делать.
– А документы? Серёжа, протоколы вскрытия тоже пропали? – Александр не проговорил, а проворковал.
Я стала понимать, когда в голосе Александра появляются такие обертоны, то люди начинают себя вести иначе. Вот и Сергей уже спокойно проговорил:
– О! Стой! Неужели и их спёрли?! Нет! Здесь они родимые! Вчера из-за толкотни, я их сунул по ошибке в другое место, не в стол, и если их хотели найти, то им обломилось. Здесь работает следственная бригада, и я должен им всё рассказать. Понимаешь? Мы же здесь вчера бухнули.
– Конечно. А что именно, ты хочешь рассказать? Результаты вскрытия у тебя, а труп бы всё равно вернули бы родственникам. Если расскажешь, как мы пили, то тебя же ждёт расследование. Причём тут ты и пропажа трупов?
Конрад сделал сложный знак рукой. Сергей, находясь на работе, подчинился ему и, вздохнув, проворчал:
– Действительно, а причём тут я? Меня вообще здесь не было! Нет, ну не дурак ли я?!
Александр промурлыкал:
– Правильно, плюнь и забудь! Кстати, а что ты звонишь?
Сергей несколько минут молчал. Почему-то этот вопрос вызвал у него проблемы. Когда он заговорил, у меня глаза вылезли на лоб.
– Слушай, а твою журналистку надо отвезти на место старого ГУВД? Ну мы вчера вроде договаривались у вас в номере.
Я восхищённо показала большой палец, а Александр радостно завопил:
– Конечно! Мы едем туда, если тебе не трудно, подъезжай. Как твоя голова?
– Гудит. Жена звонила, сказала, что в восторге от конфет и духов. Обещала растерзать, если опять приду поздно.
– Ну, так давай побыстрей! Нашей «оглобле» всё покажешь и расскажешь, – раздались гудки. Александр посмотрел на меня. – Переоденься так, чтобы ты не была похожей на вчерашнюю. Сможешь, или Лёву позвать?
Подавив сильное желание придушить его, я отправилась в номер. Ну почему это мужик меня все время провоцирует? Долго обдумывала, как ему высказать моё мнение о равенстве полов. К сожалению, в голову лезли или смешные анекдоты, которые были не к месту, или лозунги, которые вряд ли он станет слушать.
Выглянула в окно, там небо затягивало облаками. Конечно, пока погода отличная, но климат у нас суровый, поэтому я натянула джинсы, белую майку, натянула тонкий блайзер в синюю-черную-белую полоски. В качестве обуви выбрала кожаные чёрные лодочки, взяла крохотную чёрную сумку, повязала голову синим платком, а в уши повесила серьги-кольца белые и чёрные. Долго обозревала зонт, но так и не решилась его брать. Также долго рассматривала духи, потому что помню высказывания Коко Шанель, что духи оповещают о появлении женщины и продолжает напоминать о ней, когда она ушла. Выбрала «Жидкий кристалл». Лицо закрыла дымчатыми очками с тяжеловатой оправой (Спасибо Лёве).
Когда я вышла, то меня встретили одобрительные взгляды всех мужчин, и с облегчением перевела дух.
Вообще я не любительница наряжаться, но для дела, могу показать товар лицом. Хорошо, что они и не знали, что я воспользовалась ноутбуком Боба, чтобы уточнить, что модно в этом году.
Конрад внимательно осмотрел нас.
– Почти полностью повторяем маршрут, однако полностью меняем тип поведения. Костя, ты непрерывно говоришь в диктофон, Боб, непрерывно переводишь. Я и Кирилл фотографируем, Кирюша захвати несколько фотоаппаратов. Вася, на тебе вся защита. Мы едем, иногда выходим. Пообедаем на набережной и отвезем Сергея.
Продолжение следует...
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: