Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Наблюдатели. 16 Глава

"Знаете," - Коэн расположился в кресле с той же непринужденностью, с какой обычно сидел в своём кабинете, - "я всегда говорил студентам: человек - это не набор фактов о себе, а сумма историй, которые он помнит. Истории формируют нас. Не события - а то, как мы их запомнили." Клара подключала датчики, стараясь не показывать, как её нервирует его спокойствие. Обычно добровольцы волновались. "Простой пример," - продолжал он, пока Юра настраивал оборудование. - "Два брата помнят один и тот же семейный ужин. Для одного это тёплый вечер с близкими. Для другого - момент, когда он почувствовал себя чужим. Одно событие, два человека, два разных фундамента личности." "Какое воспоминание вы выбрали?" - спросила Саша. "Свой первый день в университете. Кембридж, 1976 год. Я помню каждую деталь того утра - влажный воздух, старые стены, скрип половиц в коридоре." "Что-то конкретное?" "Момент, когда я вошёл в библиотеку. Это определило всю мою жизнь, хотя тогда я этого не знал." Его голос звучал иначе,

"Знаете," - Коэн расположился в кресле с той же непринужденностью, с какой обычно сидел в своём кабинете, - "я всегда говорил студентам: человек - это не набор фактов о себе, а сумма историй, которые он помнит. Истории формируют нас. Не события - а то, как мы их запомнили."

Клара подключала датчики, стараясь не показывать, как её нервирует его спокойствие. Обычно добровольцы волновались.

"Простой пример," - продолжал он, пока Юра настраивал оборудование. - "Два брата помнят один и тот же семейный ужин. Для одного это тёплый вечер с близкими. Для другого - момент, когда он почувствовал себя чужим. Одно событие, два человека, два разных фундамента личности."

"Какое воспоминание вы выбрали?" - спросила Саша.

"Свой первый день в университете. Кембридж, 1976 год. Я помню каждую деталь того утра - влажный воздух, старые стены, скрип половиц в коридоре."

"Что-то конкретное?"

"Момент, когда я вошёл в библиотеку. Это определило всю мою жизнь, хотя тогда я этого не знал."

Его голос звучал иначе, чем обычно - мягче, глубже. Клара переглянулась с Юрой. Они никогда не работали с настолько значимым воспоминанием.

"Может, выберем что-то более..."

"Нет," - Коэн мягко улыбнулся. - "Именно этот момент. Я хочу кое-что проверить."

"Начинаем," - Юра включил запись. - "Эксперимент номер двадцать три."

Первые минуты всё шло идеально. На экране появилась библиотека - высокие потолки, длинные ряды книг, утренний свет из витражных окон. Чёткость изображения была удивительной.

"Поразительно," - прошептала Саша. - "Такая детализация..."

"Я стою у входа," - голос Коэна был спокойным, почти отстранённым. - "Сейчас я должен повернуть направо, к секции психологии. Я помню этот момент выбора."

"Картинка стабильная," - отметил Юра. - "Все показатели в норме."

"Но я не повернул направо," - вдруг сказал Коэн. - "Я пошёл прямо. К философии. Я точно помню."

На экране изображение раздвоилось. Два коридора, два пути.

"Профессор," - Клара подалась вперед. - "Давайте прервём..."

"Нет. Я помню оба варианта. Как это возможно? Я прожил целую жизнь, считая, что повернул направо. Все мои исследования, моя работа... Но я помню и другой путь. Так же чётко."

Изображение начало мерцать. Два коридора накладывались друг на друга, создавая странный, пульсирующий узор.

"Если я выбрал не тот путь," - голос Коэна дрогнул, - "то кто я?"

Клара выключила питание. Саша бросилась к креслу.

"Всё в порядке, профессор?"

Коэн медленно открыл глаза. Он выглядел абсолютно спокойным, только пальцы слегка подрагивали.

"Более чем," - он улыбнулся. - "Кажется, мы только что обнаружили нечто интересное. Память хранит не только то, что было, но и то, что могло быть. И эти возможности... они такие же реальные, как то, что мы считаем правдой."