Рубрика " рассказы из жизни"
Когда моя любимая жена сказала, что она будет спать отдельно, раз теперь, помимо кровати, у нас есть раскладной диван, — я обиделся.
В моих глазах на ровном месте и всего за одну секунду вырос предатель, шпион и саботажник.
— Как ты могла? Я посвятил тебе десять лет объятий! Десять лет я прогонял твои ночные кошмары своим заботливым дыханием! Десять лет я опрокидывал стаканы с водой, которые ты ставила там и тут, и столько же лет я подавал тебе назальные капли, что стояли в изголовье! Кто вернёт мне эти годы? — захлёбывался я негодованием, глядя, как она расправляет второй пододеяльник.
— Успокойся, я же никуда не ухожу — просто хочу выспаться.
— В-в-в-выспаться?! А со мной ты что — работаешь по ночам?! Может, я чего-то не знаю о наших отношениях?
— Не знаешь, — говорит она мне, — не знаешь, каково́ это всю ночь останавливать живые часы!
— Чего? Какие ещё часы? О чём ты?
— Такие! Когда ты засыпаешь, то начинаешь разворачиваться на месте по часовой стрелке, а еще параллельно крутишься вокруг своей оси. Видишь этот синяк?
— Хочешь сказать, что это моя вина?! — таращусь я на большое синее пятно в половину бедра.
— Нет, моя! Сегодня ночью у тебя был переход на летнее время, и ты повернулся на час раньше, а я проморгала, за что и поплатилась. Если бы я каждое утро снимала побои, то мы с тобой спали бы не на разных кроватях, а в разных областях, причём как географических, так и юридических.
— Ой-ой, вот только не надо рассказывать мне сказки. Я всегда просыпаюсь в том же положении, что и засыпаю.
— Это потому, что я тебя в него
возвращаю. А еще у тебя за ночь все четыре сезона проходят: то тебя летний зной одолевает — и ты полностью голый, то зимние холода — и ты накрываешься с головой, то только ноги замёрзли, то левая рука… А ведь мы спим под одним одеялом!
— Так возьми второе — в чём проблема?
— Я пыталась, видит вселенная, я пыталась! Но, как только засыпает город, просыпается мафия! Ты забираешь всё, без остатка! И только попробуй у тебя спящего отнять хотя бы сантиметр! Есть риск вообще оказаться на полу с переломами.
— Ну чего ты наговариваешь…
— Я не наговариваю, я лишь пытаюсь отдохнуть. Но самое страшное не это.
— Да ну? — смотрю я на неё, обиженно скрестив руки на груди. Что же ещё я делаю? Может обзываюсь или угрожаю твоим близким?
— Нет. Есть такой период ночью, который я называю время суицида.
— Чего???
— Того. Каждую ночь ты поворачиваешься на живот и спишь лицом в подушку. Знаешь как это страшно? Я сто раз проверяла, не задохнулся ли ты, будила тебя, переворачивала, но всё без толку. Помогает только полная ликвидация подушки. Так ты забираешь мою и продолжаешь сводить счеты с собой. Чем ты там дышишь — не ясно, но утром ты просыпаешься отдохнувшим, в отличие от меня…
— Да что ты несёшь? Какая-то ерунда!
— А давай проверим! Ляжем порознь, а утром посмотрим.
— Да ради бога! Спокойной ночи!
— Спокойной ночи!
Знаете, когда мы впервые легли на разных кроватях, я по достоинству оценил преимущества такого сна. Жена была права — это прекрасное решение. Сон был крепким, постоянным и совершенно мягким — словно кто-то снял с меня оковы и пустил в вольное плавание по бескрайним морям блаженства. Проснувшись и открыв глаза, я первым делом не мог понять, кто это передвинул ночью окна?
Оглядевшись по сторонам, я пришёл в лёгкий ужас. Кровать была в таком состоянии, словно её пожевали и выплюнули. Простынь свернута в узел, одеяло вообще оказалось где-то в области ванной, ноги — в наволочках, сами подушки — на полу, бедная кошка обиженно косится на меня со шкафа.
Оглядев место событий, я пришел в легкий ужас. Торнадо прошёл здесь сегодня ночью, не иначе. Мне стало страшно спрашивать у жены, сколько раз она отправлялась в страну Оз и возвращалась обратно.
Пришлось извиниться и дать добро на раздельный сон.
— Да не переживай. Я предлагаю так спать «два через два», — предложила Настя, оглядев последствия моего отдыха. — Нельзя тебя оставлять одного надолго, мало ли — кошмар приснится, потом ещё половину улицы придётся после тебя по кускам собирать.
Прошло полгода с тех пор, как мы спим 2\2. Вот только жена даже не подозревает, что порой я прихожу к ней ночью и, приютившись на краешке дивана, тихонько засыпаю. Утром я, как положено по графику, ухожу к себе. Думаю, что я научился себя контролировать — это заметно по редким синякам на теле супруги. А может, она просто показывает мне не всё, чтобы не расстраивать.
Александр Райн