Однажды вечером я возвращался домой с работы и вдруг оказался в очень темном и мрачном месте. В воздухе витало жуткое ощущение, а окружающее меня пространство было каким-то потусторонним. Казалось, что я нахожусь в каком-то туннеле или пещере, и было трудно что-либо четко разглядеть.
Я мог различить формы и фигуры, движущиеся вокруг меня, но они были нечеткими и теневыми. Я пыталась двигаться вперед, но это было похоже на ходьбу по зыбучим пескам. Каждый шаг требовал усилий, и я быстро выдохся. У меня было ощущение, что что-то наблюдает за мной, скрывается в темноте, готовое наброситься.
Я кричал о помощи, но мой голос жутким эхом отдавался в пустом пространстве, и ответа не было.
Я не знаю, как долго я шел, но мне показалось, что несколько часов. Наконец, я дошел до развилки дороги и увидел две фигуры, которые стояли там и, казалось, ждали меня. Они оба были окутаны темнотой, поэтому я не мог разглядеть их лица. Одна из них обратилась ко мне шипящим шепотом: "Ты хочешь искупления?". Затем заговорила другая фигура, ее голос был удивительно мягким и успокаивающим по сравнению с резкими тонами первого. "Этот путь ведет к проклятию", - мягко сказала она. "Но если ты возьмешь нас за руку, мы направим тебя в безопасное место".
Я не знал, что делать и в какую сторону идти. Мой разум метался, и я не мог мыслить здраво. Спасение или проклятие? Какой путь мне выбрать? Когда я стоял в нерешительности, и нерешительность боролась во мне, я вдруг услышал громкий рев позади себя. Что-то большое и ужасающее быстро приближалось!
Не зная, что еще делать, я повернулся и побежал к фигурам, ожидавшим на развилке тропинки. Как только я добежал до них, они схватили меня за руки и потянули за собой. Мы бежали вместе к тому, что вдалеке казалось слабым светом, пока, наконец, не вышли из темноты в прекрасный сад, наполненный солнечным светом и цветами. Когда мои глаза адаптировались к внезапной яркости после долгого пребывания в полной темноте, я оглядела своих спасителей. К своему удивлению, я увидел, что они оба были ангелами!
Я почувствовал облегчение, когда они добродушно улыбнулись мне и сказали, что я был избран для искупления.