Виктория поговорила с мамой , положила трубку и ее охватила невыносимая тоска. Тоска по маме , по дому , по друзьям , по улицам , где каждая ямочка ей до боли знакома. Тоска по любимой Абхазии , по красивой набережной , усаженной пальмами . По запаху кофе на берегу , который так вкусно не варят больше нигде , сколько и где б она его не пробовала. Тоска , которую она долгих семь лет загоняла куда- то в глубину душу , которую все время отгоняла от себя и не осмеливалась даже себе признаваться , что она ее гложет ! И тут она дала волю воспоминаниям , заточенным много лет в тайниках ее души и памяти , с которыми она боролась и думала , что они ее не одолеют . А воспоминания , почувствовав свободу , понеслись... ... ... ... В городе творилось что- то невообразимое : все обнимались и целовались , смех смешивался с плачем , у всех , кого не встретишь , глаза были на мокром месте. Это был праздник со слезами на глазах - это был конец войны , это был освобожденный