Детьми мы были хорошими и в целом воспитанными, не помню никаких серьезных происшествий и гадостей, в нашем с Сашкой исполнении. Мы помогали несчастным жукам и мухам выбраться из бочек с водой для полива, любили собак и кошек, почти не ловили ящериц. Правда однажды жарили на костре дождевых червей, потому что Сашка уверил меня, что дождевые черви не испытывают никакой боли. По соседству с Сашкиными родителями жила одна семья, как потом выяснилось, брат и сестра. Хмурая старушка и странного вида, косматый, и всегда пьяный мужчина неопределенного возраста. Ни жены, ни детей у него не было, была только старшая сестра, которая, по всему, и заменила ему мать. Мужчину звали Миша, и, кто его знает почему, но в поселке все называли его «тетя». Тетя Миша вечно пьяный и обрюзгший, заливисто смеялся на всю улицу каким-то женским контральто, рассказывая небылицы, может быть именно поэтому к нему прицепилась эта «тетя». Тетя Миша был добрый и неповоротливый, но иногда напивался и пугал нас, гоняя