– Такой хороший город… Зачем отдали… – сокрушался писатель Герман Садулаев, когда мы сидели с ним и обсуждали сдачу Херсона. Хотя Садулаев по национальности был чеченцем, а по политическим убеждениям коммунистом, внутри он всегда оставался русским империалистом. Сверху красный, а внутри белый, как редька – так бы сравнил Садулаева сменовеховец Устрялов, если б не был репрессирован Сталиным в 30-х и каким-то чудом дожил до наших дней. Но грузину Сталину удалось по его заветам возродить Российскую Империю, пусть и в виде СССР.
И вот мы, дети этой Советской Империи, представители неудачливого поколения, при котором она рухнула, сидели за одним столом в пустом питерском баре.
Нас было четверо. Модный фотограф Провоторов, русский писатель Айрапетян, Садулаев и я. Время было позднее, за разговорами перевалило за полночь, каждый из нас цвёл сложно и по-своему, но все мы не уставали жаждать возрождения былой славы России. Первой жертвой этой славы должна была пасть Украина. Но, несмотря на все наши разговоры, грёзы, стратегии и желания, Украина всё никак не падала. Больше того, недавно пришлось зачем-то оставить Херсон.
Как журналист, я был в Херсоне в последний день перед тем, как туда зашли ВСУ. Садулаев был вместе с русскими войсками до меня. Провоторов и Айрапетян не были, но были бы не прочь там побывать.
– … а я слышал, как один чеченец приехал туда и комбайн с полей отжал. Он даже не военный, просто приехал за комбайном. Тут же в Крыму и продал, – не без доли восторга рассказывал нам Герман историю одной частной контрибуции.
«Ну, а что тут поделаешь? – подумал я, – это перегибы империализма. Но в целом, Империя – хорошая идея.»
Её и живём.
