Однажды нас привезли к бабушке в деревню. Мы с братом были очень рады побывать у неё дома. Большое жилище и двор с травой, нам было очень интересно. Правда, помню, что всё было неухоженное. В доме грязно и темно, а во дворе много мусора, разбросанные железки и старый садовый инвентарь. Потом мы поняли, почему дом и хозяйство были в таком запущенном состоянии. Оказалось, что она не пускала дочь (нашу маму) к себе в дом и не разрешала ничего там делать. Она боялась, что мама «приберёт к рукам всё имущество». Надежда Васильевна говорила:
Никогда тебе не достанется ничего из моего имущества. Я всё отпишу государству, а ты даже не претендуй. И не разевай свой рот. Подохнешь в нищете.
Честно говоря, сколько помню, мама никогда и не хотела никакого наследства, она не любит это место и этот ужасный дом. Тем более, что она с подросткового возраста жила с бабушкой. Хотя об этом говорить и рано, такое впечатление, что эта женщина и нас переживёт.
В то время, когда мы находились у неё дома, мы об этом не знали. Получилось так, что у Надежды Васильевны очень большая библиотека. С детства я любила читать и столько интересного нашла в её книгохранилище. Так, я помню, что взяла с полки книгу Александра Дюма и попросила взять почитать. Надежда Васильевна согласилась. И вроде ничего не предвещало беды, но вскоре мы узнали, что «бабушка» пожаловалась соседям, что мы её обокрали и вынесли ценные вещи из её дома. В итоге, когда слухи дошли до мамы, она сразу же привезла ей эту старую книжку, и попросила больше не разносить клевету и слухи о нашей семье. И вообще не трогать детей.
После этого я равнодушна к произведениям Дюма, потому что свои ощущения и переживания мамы, я помню в деталях. После этого мы с младшим братом больше никогда не были у неё дома. Честно, я даже не помню, где она живёт, в памяти только неприятные эмоции и чувство отчуждения. Мама ездит к ней сейчас покормить и искупать, ей же уже 86 лет. Она также тяжело пускает её к себе, до сих пор боится остаться без своего имущества. Я не могу к ней нормально относиться и не навещаю её. На наследство никто из нашей семьи не претендует, мы боимся, что эта женщина будет и после смерти трепать нам нервы и приходить в кошмарах.