Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Фемистокл Отчаянный 108

Добрые слова, грубые манеры, надежда, которую они приносят, то, как они нужны больным и страдающим. Неужели мы как-то похожи? Есть ли какая-то связь между тем, что делают медсестры и врачи, и тем, что делаю я? Эти вопросы становятся все громче с каждым визитом. Хильдегард была провидицей и врачом, знахаркой в свое время. Могу ли я быть еще одним целителем? - Вы можете сказать мне, как найти номер 302?- Я спрашиваю медсестру в приемной. Она встает и показывает пальцем.- Идите по коридору налево, поднимитесь на лифте на третий этаж, поверните направо и пройдите весь путь до конца.” - Спасибо, - говорю я ей, и пытаюсь вспомнить направление. Когда я добираюсь до комнаты, я нервничаю. Сегодняшний визит особенный. Я стучу. - Войдите, - раздается голос. Я иду внутрь. Невысокая женщина с мягкими краями встает, чтобы поприветствовать меня.“Марлена! Я Валерия.- Лицо у Валерии круглое и дружелюбное. Ее голос полон благоговения. - Не могу поверить, что ты здесь. После

Добрые слова, грубые манеры, надежда, которую они приносят, то, как они нужны больным и страдающим.

Неужели мы как-то похожи? Есть ли какая-то связь между тем, что делают медсестры и врачи, и тем, что делаю я? Эти вопросы становятся все громче с каждым визитом. Хильдегард была провидицей и врачом, знахаркой в свое время. Могу ли я быть еще одним целителем?

- Вы можете сказать мне, как найти номер 302?- Я спрашиваю медсестру в приемной.

Она встает и показывает пальцем.- Идите по коридору налево, поднимитесь на лифте на третий этаж, поверните направо и пройдите весь путь до конца.”

- Спасибо, - говорю я ей, и пытаюсь вспомнить направление.

Когда я добираюсь до комнаты, я нервничаю.

Сегодняшний визит особенный.

Я стучу.

- Войдите, - раздается голос.

Я иду внутрь.

Невысокая женщина с мягкими краями встает, чтобы поприветствовать меня.“Марлена! Я Валерия.- Лицо у Валерии круглое и дружелюбное. Ее голос полон благоговения. - Не могу поверить, что ты здесь. После всего этого ожидания. Спасибо.”

“Я рад, что смог приехать, но ты должен знать, что я не могу ничего обещать.”

“Но я верю, что ты спасешь мою дочь!”

- Мама! Стой!”

Мой взгляд падает на кровать. Я вижу девушку с темными волнистыми волосами и большими карими глазами. Толстая металлическая и пластиковая скоба, как коробка вокруг ее туловища. Руки у нее тонкие, и, судя по очертаниям ног под одеялом, они тоньше.- Привет, Альма, - говорю я. - Рад наконец-то познакомиться с тобой.”

- Я тоже не могу поверить, что ты здесь. Альма бросает взгляд на мать. - Хотя и не по тем же причинам, что и у мамы.”

- Альма ,никаких морей!”

Альма бросает на мать умоляющий взгляд.“¿Нос dejas ООН минуто Солас? - Мама?”

Валерия вздыхает. Я могу сказать, что она собирается протестовать против просьбы своей дочери дать нам время побыть наедине. - Так я работаю лучше, - говорю я, прежде чем Валерия успевает заговорить.

- Тогда я буду в холле, - говорит она, хватая свой свитер и торопясь выйти.

Когда дверь закрывается, я сажусь на стул рядом с кроватью Альмы. - Я очень ценю твои письма.”

Взгляд Альмы падает на мои руки, лежащие на перилах кровати. - Так ты решил, что хочешь прийти и починить меня?”

“Я имел в виду то, что сказал твоей матери, что не уверен, смогу ли.”

“А ты не хочешь попробовать?”

Корсет, который носит Альма, выглядит так неудобно. Трудно не желать, чтобы она освободилась от него. “А ты этого хочешь?”

Альма моргает длинными ресницами, тяжело дыша. Она протягивает руки и кладет их поверх моих.- Это то, что нужно моей матери.”

“Окей.- Я закрываю глаза и прижимаю руку Альмы к своей щеке. Подождите, как я всегда делаю, чтобы это чувство во мне зашевелилось. Иногда мне кажется, что он там, просто просыпается после долгого сна, зевая и возвращаясь в мои вены. Множество подарков благодарности прибыли в дом, наряду с утверждениями о чудесах.

Так почему же я продолжаю ничего не чувствовать?

“Марлена?”

Я поднимаю голову. Альма смотрит на меня с любопытством.Как Финн.Я делаю глубокий вдох.- Ну и что?”

“Ты в порядке?”

Беспокойство Альмы достигает моего сердца. Внезапно мои руки обнимают ее квадратную скобу, и я обнимаю ее. - Не знаю, - ловлю себя на том, что говорю. Я отстраняюсь. - Не совсем так.”

- Ты выглядишь грустной.”

- Мне грустно.”

- Но почему?”

Заявления Альмы, ее вопросы просты. Говорил так просто и честно. Я не могу помочь, но ответа. “Кого я люблю, больными. Его зовут Финн.”

- Мне очень жаль. Я знаю, что тяжело любить того, кто болен.”

Я изучаю Альму. Мы почти ровесники. Я благодарна, что она не спросила меня, почему я не исцеляю Финна и не делаю все лучше. - Это самое трудное, что я когда-либо знал.”

Альма вздыхает, как человек гораздо старше ее лет.“Это так тяжело для моей матери.”

- Это Я Так . . . я помогал?”

- Даже не знаю. Я действительно не чувствую никакой разницы.- Альма поправляет одеяло. В больничном воздухе стоит удушающая жара. - Как ты думаешь, ты помогла?”

Я пожимаю плечами.- Я не врач, Альма. Я не знаю ответа. Жаль, что я этого не сделал.”

“Ты не знаешь, как работает твой дар?”

Вот в чем вопрос, верно? Как это работает? Как это произошло, если он исчез?

- Раньше я думал, что понимаю это, но в последнее время, я больше не знаю. Может, это и правда. Но, может быть, этого никогда и не было.”

- Может быть, все зависит от того, кого ты лечишь, - говорит она.