Не допускай себя... к моим рукам не допускай, В них оправданий полные ладони. С них начинается зацикленный роман, С одним тобой навечно в главной роли. Шестой по счету безысходный май Трещит по швам, измученный от боли. Прошу, уйди и ничего на объясняй, Мы обойдёмся без напутственных застолий. Лишь ты руки моей коснешься невзначай, И я сожму её, конечно, поневоле... Какой же, всё-таки, ты наглый негодяй! Опять запястья все в твоём одеколоне...
Не допускай себя...
к моим рукам не допускай,
В них оправданий полные ладони.
С них начинается зацикленный роман,
С одним тобой
навечно в главной роли.
Шестой по счету безысходный май
Трещит по швам,
измученный от боли.
Прошу, уйди
и ничего на объясняй,
Мы обойдёмся без напутственных застолий.
Лишь ты руки моей коснешься невзначай,
И я сожму её,
конечно, поневоле...
Какой же, всё-таки, ты наглый негодяй!
Опять запястья
все в твоём одеколоне...