Письма

Здравствуй, мой достойнейший друг Кондратий!

Спасибо тебе за внимание к моей скромной персоне и за письмо с интересными и забавными порой историями. Ты спрашиваешь о причине, побуждающей людей выставлять собственные сентенции и умозаключения на всеобщее обозрение, приписывая её человеческому тщеславию.

Отчасти с тобой согласен: приятно лицезреть плоды трудов своих, к тому же на фоне восхищения ими мужей достойных и даже не очень. Однако, только ли тщеславие толкает нас на поиск истины, и, в том числе, отражение этих попыток на бумаге?

Я не случайно упоминаю истину, ибо считаю поиск её - единственным смыслом существования нашего сознания. Ты можешь оспорить эту максиму, но лишь формально: не станешь же ты отрицать, что наделение смыслом всего сущего - это и есть ежедневная работа нашего ума.

Теперь подумаем, друг мой, можем ли мы вложить смысл в наши мысли, не высказав их? Или не написав? Мысли живут в нашем сознании, но никому они не ведомы, пока не превратятся в слова. Даже нам самим не всегда удаётся понять - о чём мы думаем, пока не начинаем говорить об этом хотя бы с самим собой.

Сформулированная и записанная мысль, позволяет нам обдумать и обозначить, развить её или закончить, найти подобающее ей место в нашем сознании, чтобы впоследствии извлечь из неё пользу - то есть буквально вдохнуть в неё жизнь, подобно тому, как Бог воплощает в нас душу при рождении.

Мы записываем собственную мысль, дабы убедиться самому и убедить других в собственном существовании. Если второе можно приписать тщеславию, то в первом усматривается сомнение и страх потери ощущения бытия. В отличие от Декарта, которому для такого ощущения достаточно было мыслить, сегодня для того же самого необходимо что-нибудь писать.

Простим поэтому, друг Кондратий, современникам их душевную слабость: в этом не вина их, а беда.

Шлю тебе с этим письмом моё глубочайшее почтение к пытливости твоего ума с пожеланием здоровья и всяческих благ тебе и твоим близким.

Георгий.

24.04.19